Симпатичный парень-официант принес большой чайник и чашки с блюдцами, Лада заказала ему свой зефир:

– Лимонный.

Здесь подавали самый лучший кофе в городе, но пили они его редко – в крайних случаях. Самый лучший кофе в городе стоит недешево, и если Лада с Жанной могли его себе позволить, то Аля-библиотекарь и Тая – мать-одиночка – далеко не всегда. Поэтому Лада с Жанной как-то негласно договорились не выпячивать свое денежное преимущество. Впрочем, чай здесь тоже подавался вкусный. А атмосфера всегда радовала уютом. Сквозь большие окна был виден старый город с едва пожелтевшими кленами, мощеные дорожки при свете уже включенных фонарей блестели лужами от недавно прошедшего дождя.

Вечер. Сентябрь. Осень.

– Слушайте, а статью уже удалили, да? – Жанна усиленно копалась в телефоне и не могла найти нужное.

– Удалили, – Лада занялась разлитием чая по чашкам. – Я потому и опоздала. Было экстренное совещание на тему этой статьи.

– Какая статья, про Эллу Георгиевну? – глаза Али загорелись любопытством.

– Да. Я как чувствовала, успела сделать скрин, – Тая тоже включила телефон. – Решила оставить для истории. Девочки, отправляю в чат. Ловите!

Статья называлась «Чего никогда не наденет женщина с высоким интеллектом», и начиналась она со слов: «Женщина с высоким интеллектом никогда не наденет…», а дальше перечислялись те вещи, которые, по мнению автора статьи, присущи только колхозницам и безвкусным особам. Статья была опубликована на городском портале в разделе «Секреты красоты» и вызвала скандал.

Одним из пунктов, чего никогда не позволит себе женщина с высоким интеллектом, значилось ношение крупных украшений с камнями, а в таком маленьком городке, как Нечаев, всем было известно, что главврач местной поликлиники Элла Георгиевна Матунян просто обожает массивные украшения с поделочными камнями. Особенно жалует малахит и лазурит.

Что тут началось!

В комментариях к статье читатели отрывались, намекая автору, что теперь ей лучше в местной поликлинике не показываться по двум причинам. Первая – там работают женщины с низким интеллектом, как же они будут лечить? Вторая – гнев и темперамент главврача известны всему городу.

Народ острословил, веселился и развлекался по полной программе. В итоге сначала отключили комментарии к статье, а потом удалили и саму статью. Но опоздали. До Эллы Георгиевны эта жемчужина журналистского творения дошла, главврач звонила главреду «Вестей Нечаева», устроила грандиозный скандал, обещая подать в суд за публичное оскорбление ее личности. Главред Вячеслав Юрьевич Рудаков, а среди своих просто Рудик, рвал и метал, топал ногами и интересовался почему-то у Лады, как на официальный новостной портал города могли пропустить непроверенный материал, зло косился на автора статьи Леночку, которая утирала платочком прекрасные с поволокой глаза, но срывать злость на ней не решался. На Ладе проще. Лада ему кто? Правильно, наемный работник. А Леночка – любовница. Сейчас наговоришь Леночке все то, что наговорил Ладе, и больше не будешь допущен до красивого фигуристого тела.

Про вечернее собрание у Рудика Лада рассказывала в лицах, это было настолько живо и уморительно, что подруги весело хохотали, заряжаясь хорошим настроением, забыв на время о заботах и проблемах.

– Как ты его терпишь? – вытирая влажные от смеха глаза, спросила Тая.

Лада пожала плечами:

– Привыкла. Поорет-поорет и перестанет. К тому же все в редакции знают, что по-настоящему его визги были адресованы нашей Прекрасной.

– Я бы так не смогла, – сказала Жанна. – Послала бы вашего Рудика сразу по направлению.

– Поэтому ты и работаешь одна, не можешь, чтобы над тобой стояли начальники, – сказала Тая.

– А у нас сегодня в библиотеке только и разговоров было, что про эту статью, – Аля задумчиво помешивала ложкой чай в чашке. – Пришли две пенсионерки, наши постоянные посетительницы, рассказали новость заведующей, и они втроем громко возмущались, какая беспардонная сейчас пошла молодежь, ничего не боится и прямо насмехается над начальством.

В глазах пенсионеров главврач поликлиники, несомненно, была большим начальником.

– Там вопрос не страха, а ума, – Жанна открыла чайник, заглянула в него. – Никто больше не будет?

И, дождавшись отрицательного ответа, вылила остатки себе в чашку.

– С вами хорошо, – сказала она, – но допиваю чай и домой. Завтра утренняя фотосъемка, в восемь утра я уже должна быть на базе отдыха, там намечаются какие-то мероприятия, и нужны рекламные фото.

При упоминании о загородной базе с Лады слетело все веселье. База отдыха – это Орлов. А Орлов – это проблема.

– Я всех отвезу, – тут же объявила она.

Из их четверки сегодня одна Лада была на колесах. У Жанны тоже имелся автомобиль, но утром подруга сдала его в ремонт.

– Я могу вызвать такси, – сказала Жанна.

Но Лада слегка коснулась ее ладонью:

– Мне несложно.

Жанна подняла глаза и, поймав серьезный взгляд Лады, кивнула:

– Ладно, подвози.

Оранжевый «фольксваген-жук» с принтом из белых перышек на дверцах развозил подруг по домам. Сначала он остановился перед старенькой хрущевкой, высадив Алю, потом заехал в частный сектор, где жила Тая, и, наконец, достиг района новостроек, где недавно купила квартиру в ипотеку Жанна.

Лада заглушила мотор и посмотрела на подругу:

– Мне нужно с тобой поговорить.

– Это я уже поняла. Закурю, не против?

– Кури, – Лада приоткрыла окно.

В салон сразу же потянуло прохладным, влажным воздухом. Щелкнула зажигалка. Жанна с удовольствием затянулась.

– Слушаю.

– Я сегодня получила заказ на статью, – без вступления начала Лада.

– Вот как.

– Да, и я не знаю, что делать.

– Много обещали заплатить?

– Прилично. А для нашего города так вообще…

Возможно, о подобных вещах не следовало говорить, и Рудик, оставивший ее после совещания в своем кабинете, подразумевал полную конфиденциальность их разговора, но для Лады это было слишком. Она впервые столкнулась с подобным за двадцать пять лет своей жизни. Так-то, конечно, заказы – обычное дело. Деньги платятся, статья пишется – все довольны. Это обычный рабочий процесс. Будь то открытие нового магазина или рассказ про частный стоматологический кабинет.

Наверняка и разоблачительные публикации в «Вестях Нечаева» были не раз. Только вот Ладе такое никогда не предлагали. И она теперь не знала, что делать. Первая мысль – отказаться. Вторая – разобраться. Журналист она, в конце концов, или нет? Кто заказал? Зачем заказал? Третья мысль была – не лезть. Сыграть роль: захлопать ресницами, изобразить непонимание… Только вот Рудик за два года совместной работы прекрасно знал, что если Лада кем и была, то вовсе не прелестной дурочкой. Он время от времени ее даже посылал вместо себя на ежемесячные собрания в администрацию города, где присутствовали главы всех городских служб для отчета, начиная от руководителей ЖКХ и заканчивая той самой Эллой Георгиевной. В итоге хорошие статьи получались – в меру короткие, четкие, вычленяющие самую суть. Так жители города узнавали, в каких домах планируется провести капитальный ремонт, в каких дворах обновить детские площадки и когда ждать начало отопительного сезона в школах и детских садах.

Поэтому играть роль прелестной дурочки перед Рудиком смысла не имело. Все, что удалось спросить:

– Почему я?

– Ну а кто? – искренне удивился главред. – Больше некому. Ты же только что сама видела… – намекнул он на сегодняшний скандал и спешно удаленную статью про «женщин с высоким интеллектом».

– А если отказаться от заказа?

– И тут же быть уволенными?

– То есть вы хотите сказать. – Лада побледнела: неужели статью заказал мэр?!

– Я ничего не хочу сказать. Я хочу сказать, что ты напишешь статью, получишь хорошие деньги, редакцию не закроют и все будут довольны.

Кабинет был маленький, душный и прокуренный. Разговор отвратительный.