Лада оказалась в клетке. Она начала задыхаться.

Институт к тому времени был уже закончен, Захар устроился на работу к отцу. «Занимаюсь автомобильным бизнесом», – любил говорить он малознакомым людям, пытаясь произвести на них впечатление. Лада устроилась корреспондентом в местную газету, но быстро уволилась, потому что Захар оказался против. «Моя женщина не будет работать, я обеспечиваю тебя всем».

В детстве папа называл Ладу птичкой-огоньком. Может, из-за цвета волос, может, из-за живости характера. Лада вспомнила об этом после очередной ссоры, когда Захар заявил, что она слишком заигрывала с его партнером по бизнесу – парнем, который согласился перегнать через Беларусь из Польши немецкую иномарку. А Лада всего лишь улыбнулась на приветствие и задала пару вежливых, ничего не значащих вопросов.

Птицы в неволе перестают петь. Лада решила, что это не ее вариант, и в один прекрасный день заявила Захару, что уходит.

Что тут началось! Скандалы, оскорбления, уговоры, даже предложение руки и сердца. А после сообщения с угрозами.

Но Лада уже приняла решение. Она как-то поняла, что дальше будет только хуже, а брак свяжет ее еще крепче, и тогда совсем не вырваться.

Перед тем как объявить о разрыве, Лада изучила рынок вакансий в ближайших городах и увидела объявление о том, что в «Вести Нечаева» требуется журналист. Она села на электричку и поехала на собеседование. Зарплату предложили небольшую, но жить можно. К тому же Ладе обещали предоставить комнату в городском общежитии. Она согласилась.

Только после этого Лада объявила Захару о расставании, а родителям об отъезде. Собрала вещи, сменила номер телефона и укатила в Нечаев – за тридцать километров от родного городка.

Мама решение дочери не приняла и обозвала ее идиоткой. Брак родителей сложно было назвать счастливым. У мамы всегда были амбиции. Папа воплотить их в жизнь не сумел. Он был очень хорошим человеком, но не воякой, папа не умел налаживать отношения с нужными людьми и взбираться по карьерной лестнице вверх. «Главное разочарование моей жизни», – говорила мама. И отец, чувствуя свою несостоятельность, когда «у Вали новая иномарка, Оля улетела отдыхать в Турцию, а у нас летом деньги только на частный сектор в деревне под Геленджиком», – молчал.

Вторым маминым разочарованием, естественно, стала дочь. Такого парня отхватила – богатого, папа со связями, можно стать королевой города, так нет – вертит хвостом. Ну потерпела бы, не переломилась, зато жила бы в большом доме, а не в двухкомнатной хрущевке, одета была бы во все модное, с иголочки – подружки обзавидовались бы.

Но дочь пошла в отца, такая же упертая. Тот взятки брать в своей геодезии так и не научился, и эта решила тоже нищенствовать.

Брак родителей не был счастливым, но они не разводились. Привычка и, как подозревала Лада, понимание, что никому мама, кроме отца, не нужна, делали свое дело.

В первое время в Нечаеве пришлось непросто. Новый город, новые люди, комната в общежитии. Но помогли библиотечные вечера – так Лада познакомилась с девчонками и приобрела друзей. А еще она взяла подработку: писала рефераты студентам, сочинения старшеклассникам и по воскресеньям репетиторствовала – подтягивала школьников по русскому языку. Все это позволило ей снять однокомнатную квартиру в старой кирпичной пятиэтажке.

Мама с решением дочери не смирилась. Много позже Лада узнала, что Захар делал попытки ее найти и наказать (его еще «никогда не кидала баба»), но тут подключился папа, который пригрозил своей сестрой, она работала в Москве в налоговой, и обещал неприятности. Отец Захара, видимо, неприятностей не хотел и сына осадил. Во всяком случае, история утихла, ее родителей больше не беспокоили, и новый номер телефона Лады никто не спрашивал.

А сообщение от мамы с упреком, что из-за Лады они теперь стали врагами влиятельной семьи, она стерла.

Папа, кстати, Ладу поддержал. Не при маме (зачем очередной скандал?), а наедине. Лада часто разговаривала с ним по телефону и переписывалась ежедневно. Она понимала, что при маме папа не афишировал их общение, поэтому переписка стала оптимальным вариантом. А через год, когда Лада сказала папе, что пошла на курсы по вождению, он вдруг перевел ей деньги. Сказал: «На машину». Лада была тронута до слез. Конечно, той суммы на покупку нового автомобиля было недостаточно, официальная же зарплата Лады не позволяла взять большой кредит. Но тут в дело включилась Жанна и заявила, что знает, кто может им помочь.

Этим человеком оказался Степан – в прошлом боксер, а сейчас владелец местного автосервиса. Его в городе все так и звали – Степан. Сразу понимали, о ком речь. Привезти деталь на замену? Степан. Выправить крыло? Степан. Посмотреть, что с тормозными колодками? Степан.

Высокий лысый мужик лет тридцати пяти – тридцати семи выглядел не слишком приветливо. Но это оказалось лишь первое впечатление.

Выяснилось, что Степан хорошо знает автосалон отца Захара и пообещал присмотреть там подходящую машинку. На просьбу Лады не говорить, для кого она, ответил понимающим взглядом. Степан умел не лезть в чужие дела. В итоге, вернувшись, он предложил три варианта, показал фото. И Лада остановилась на «жуке». Просто влюбилась в него. Машину официально продали Степану, а Степан потом – Ладе, после чего взялся за приведение автомобиля в порядок. Когда Лада села в свой «жук» в первый раз и поехала, то сразу поняла – это абсолютно ее машина. А чуть позже выяснилось, что прежний владелец забыл вынуть из проигрывателя диск. Лада включила музыку, и по салону обволакивающе полилась песня:

В детстве, когда мама была еще не настолько разочарована жизнью и в доме фоном звучала музыка, папа часто ставил диск с группой «Браво». Ему очень нравился этот альбом. И эту песню они не раз пели хором. Ведь песня про птицу. А Лада – птичка-огонек. Значит, это песня про нее.

Много лет спустя, сидя в салоне старого «жука» и слушая знакомую композицию, Лада плакала. Папин подарок, папина любимая песня, сердце сжималось и щемило.

Спасибо, папа.

Потом она сказала Степану, что хочет оранжевый цвет автомобиля и чтобы на дверках были белые перышки. Тот лишь пожал плечами. Девчонка, что с нее взять?

А Нечаев Ладу принял. Маленький, но чистый городок, где почти все друг друга знают. Всего двадцать восемь тысяч жителей. Можно пешком пройти и не устать. Зато здесь есть своя старая улица, три восстановленные церкви, два торговых центра, городской парк, дворец культуры времен СССР и даже свой кинотеатр. А еще ночной клуб – самое тусовочное место для молодежи. В ночной клуб Лада не ходила, а вот в кинотеатр время от времени с девчонками выбиралась. В основном с Алей. Тая из-за маленького ребенка еле выкраивала время для зефирной, а Жанна пропагандировала активную личную жизнь. Зато Аля, тонкая натура, стала идеальным компаньоном, с которым можно обсудить увиденное.

Иногда Лада задумывалась о том, что, наверное, не дело все время платить за съемное жилье. Что, возможно, пора задуматься об ипотеке. Тем более что ее позиция в редакции укрепилась, зарплата повысилась, да и подработка никуда не делась. Писать сочинения и рефераты Лада перестала, зато увеличила количество учеников. Это оказалось гораздо выгоднее.

Только ипотека предполагает, что ты связываешь свою жизнь с данным местом надолго. Или даже навсегда. Ответить же на вопрос, как долго она собирается жить в Нечаеве, Лада не могла. Поэтому мысль о собственном жилье появлялась и исчезала.

А сейчас и вовсе стало не до нее. Может, в скором времени отсюда вообще придется бежать.

Кто знает, как повернется дело с Орловым?