Классика - скачать книги или читать онлайн. Страница 485

Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.

«Вся моя проза – автобиографическая», – писала Цветаева. И еще: «Поэт в прозе – царь, наконец снявший пурпур, соблаговоливший (или вынужденный) предстать среди нас – человеком». Написанное М.Цветаевой в прозе – от собственной хроники роковых дней России до прозрачного эссе «Мой Пушкин» – отмечено печатью лирического переживания большого поэта.

«За окнами караульного помещения бушевал резкий, порывистый ветер, потрясая крышу ветхого здания и нагоняя скучную, зевотную тоску. В самой караулке, у деревянного крашеного стола, кроме разводящего, сидели еще двое: рядовой Банников и ефрейтор Цапля. Разводящий, младший унтер-офицер, сумрачный, всегда печальный человек, лениво перелистывал устав строевой службы, время от времени кусая краюху ржаного хлеба, лежавшую на столе. Ему смертельно хотелось спать, но он пересиливал себя и притворялся погруженным в изучение воинской премудрости. К тому же минут через двадцать надо было вести смену. А кроме этого, он не решался вздремнуть из боязни караульного офицера, который каждую минуту мог заглянуть на пост и сделать ему, разводящему, строгий выговор, а то и посадить под арест…»

Эта книга – бесценное собрание преданий о славянской древности, богах и героях. Восстановленные на обширном материале летописей и фольклорных источников, своим богатством и яркостью они не уступают всемирно известным древнегреческим или скандинавским мифам.

«Собралась у меня наша привычная преферансная публика: отец Евдоким, настоятель кладбищенской церкви, сосед мой, отставной хриплый полковник, инженер-электрик, маленький, толстенький, похожий на степенного попугайчика в белом фуляровом галстуке, и я. Жена принесла нам солидное угощение: чай из сушеной морковной ботвы (отвар весьма вкусный и полезный), пайковые леденцы, песочное пирожное из овсяной муки. Она же умело разбавила заветные 25 граммов аптекарского ректифицированного спирта – стоимость двенадцатикратного цейсовского бинокля»

Когда в жизни не остаётся смысла, когда уходят все, ради кого ты жил, когда остаются воспоминания и память, что постепенно подводит тебя, вот только тогда ты можешь сказать, что больше не нужен здесь…

"Калевала" в пересказе Павла Крусанова – карело-финский эпос, классика мировой литературы.

Аудиостудия «Ардис» представляет роман Ги де Мопассана «Пьер и Жан» – семейную драму, разыгравшуюся в относительно благополучной семье. Гармония была разрушена наследством, неожиданно доставшимся младшему из двух братьев – Жану. Старший, Пьер, невольно задается вопросом – почему некогда близкий друг родителей завещает своё имущество и деньги, оставшиеся после смерти, именно Жану?..

Легенды Древнего Мира… Читаешь их и понимаешь: многое изменилось с тех пор. Нравы стали гуманней, человеческие поступки – понятней и объяснимей. Значит ли это, что мудрость древних канула в лету? Отнюдь. Просто старые истории надо заставить звучать по-новому. Этим мы и займёмся…

Представленные в этой книге стихи, считалки, дразнилки, поддевки, подколы, скороговорки, пословицы и частушки хорошо знакомы очень многим жителям России. Хотя их не печатали в книгах и журналах, они присутствовали, жили в самом языке, будучи важными элементом отечественной культуры. Непечатный фольклор, так же как и печатный, помогает в общении, в обучении, в выражении мыслей и эмоций. В зависимости от ситуации, люди используют то печатный, то непечатный фольклор, то одновременно элементы обоих.

«– Заметили ли вы, – сказал молодой человек, остриженный под гребенку, продолжая начатый разговор о театре, – заметили ли вы, что у нас хотя и редки хорошие актеры, но бывают, а хороших актрис почти вовсе нет и только в предании сохранилось имя Семеновой; не без причины же это.