Его шкура пульсировала и покалывала. Он почти чувствовал вес Келли на себе, ее руки, скользящие по его спине, ее тепло. Почти… И это только делало желание, которое он испытывал к ней, безграничнее, чем Клубок, и жарче любого пламени.

Возможно, то, что двое его друзей заявили о своих правах на человеческих самок, заставило Уркота задуматься о том, чего ему не хватает. Счастье, которое обрели Кетан, Айви, Рекош и Ахмья, наполнило сердца Уркота радостью, но была часть внутри него, до которой эта радость не могла дотянуться. Пустое пространство, которое невозможно заполнить.

Одиночество, от которого его друзья не могли избавиться.

Думать, что Келли могла бы заполнить его, что она сама захотела бы это сделать, казалось глупым. И все же он не мог отрицать, что и его тело, и сердца реагировали на нее так, что он не мог это игнорировать.

Казалось, этому долгому дню суждено было превратиться в еще более долгую ночь.

ГЛАВА 4

— Та-ак! — Келли показала свою первую за это утро законченную травяную корзину. — Посмотри на этот шедевр. Она совершенна.

Утренний солнечный свет подсвечивал зеленые листья в плетении корзины, заставляя их вспыхивать, когда она поворачивала ее из стороны в сторону.

Лейси, которая сама плела корзинку, сидя рядом с Келли, усмехнулась.

— Замечательное прогресс по сравнению с первой, что ты сделала.

— Мы, — Келли ткнула в нее пальцем, — не упоминаем ее. Ее никогда не существовало.

— Как скажешь, — Лейси кашлянула в кулак. — Она была ужасна.

— Я это слышала!

— Что было ужасно? — спросил Уилл, подходя с большим деревянным блюдом, на котором лежали разнообразные фрукты и овощи, орехи элдернат и копченая рыба. На нем были тканые шорты длиной до колен, подаренные Рекошем, белая ткань подчеркивала его темно-коричневую кожу.

Лейси и Келли также надели творения Рекоша. На Лейси было желтое платье без рукавов, которое смотрелось очень ярко на фоне ее бледной веснушчатой кожи, а на Келли — зеленая майка и шорты со шнуровкой на внешней стороне бедер.

Хотя у некоторых из них все еще были комбинезоны Программы «Родной Мир», все они были либо изношены из-за интенсивного использования, либо была переделаны, чтобы лучше соответствовать климату. Рекош поставил своей миссией ткать одежду для всех людей. Это был вызов, от которого он получал удовольствие. Конечно, он приберегал лучшие наряды для Ахмьи, и она была единственной, кто носил одежду, сшитую из его шелка.

— Наконец-то завтрак, — Келли отставила корзину в сторону и протянула к Уиллу цепкие руки. — Дай мне, дай мне! Я умираю с голоду.

Он остановился рядом с расстеленным одеялом, на котором сидели Келли и Лейси, и, дразня, отодвинул блюдо, его карие глаза сузились.

— А-а. Не раньше, чем вы расскажите мне. Что ужасно?

— Ничего, — быстро ответила Келли.

Лейси усмехнулась.

— Я просто напомнила Келли о ее первой попытке плетения корзин.

Уилл хихикнул.

— Да, это было нечто.

— Ууууу, — сказала Келли. — По крайней мере, я пыталась, в отличие от тебя.

— Эй! Только потому, что я обжег пальцы, пытаясь достать для нас дополнительные припасы.

— Именно поэтому тебе все сходит с рук. А теперь хватит издеваться над моей первой корзиной — да упокоится она в клочьях — и дайте мне еды.

Смеясь, Уилл наклонился и поставил блюдо перед ними, прежде чем сесть поверх одеяла.

— Приятного аппетита.

— Ты святой.

Келли сорвала желтую ягоду и отправила ее в рот. В тот момент, когда она откусила, сладкий, но в то же время кисловатый сок брызнул ей на язык. Она одобрительно хмыкнула. Ягода была восхитительна, похожа на виноград как по вкусу, так и по текстуре, и, несомненно, была одним из ее любимых инопланетных фруктов. К счастью, они в изобилии росли вдоль близлежащей реки, что позволяло ей собирать их так часто, как ей заблагорассудится.

Съев еще одну ягоду, она глубоко вздохнула и перевела взгляд в сторону, на подвесной веревочный мост, который соединял платформы с человеческими домиками с остальной частью деревни.

По всему Калдараку кипела работа, поскольку его жители готовились к Обещанию Певицы. Терновые черепа со шкурами землисто-красного и оранжевого, желтого, коричневого и зеленого цветов смешивались друг с другом, работая в гармонии, а птенцы играли или помогали родителям. Белые самцы терновых черепов выделялись больше всего на фоне остальных, хотя встречались гораздо реже.

Келли заметила Гарахка, одного из тех белых терновых черепов, как раз в тот момент, когда он притянул головной гребень своей пары Налаки к собственному. Пятеро их птенцов столпились у их ног.

Она улыбнулась открытой привязанности, которую лидеры Калдарака проявляли друг к другу.

Когда она впервые встретила Гарахка, он внушал ужас. Огромный, мощно сложенный врикс был покрыт грязью, со страшными шипами на плечах и головном гребне. Но, несмотря на свою устрашающую внешность, он был сострадательным, вдумчивым лидером, самцом с честью и мягким характером.

Пока Уилл и Лейси болтали, их голоса казались далекими, Келли осматривала платформы, но не заметила ни одного врикса, черного теневого охотника.

Ищешь особое сочетание черного и синего, Келли?

Она улыбнулась.

Возможно.

Утренний ветерок, несущий свежий аромат тумана, овевал ее кожу. Келли повернула голову в сторону древнего храма. Солнечный свет переливался на водопаде, превращаясь в цветущую радугу в мельчайших каплях воды, висевших в воздухе.

Ее кожа потеплела при воспоминании о том, что произошло в том храме прошлой ночью. Она много раз купалась в этих бассейнах после захода солнца, и ни разу никто не застал ее врасплох. Вриксы, казалось, чаще всего посещали храм по утрам. Келли стала видеть в этом свое идеальное убежище, свое маленькое святилище, где она могла ненадолго ослабить бдительность.

Из всех жителей Калдарака именно Уркот застал ее обнаженной в горячих источниках. Уркот, который был ее другом, который подарил ей драгоценные, красивые камни, потому что знал — она их любит.

Это должно было разрушить ее чувство безопасности, но, как ни странно, подобного не произошло. Она всегда знала, есть шанс, что кто-нибудь застанет ее врасплох. Не то чтобы бассейны были частными, и уж точно они не принадлежали ей. Но что это будет Уркот? Это вызвало у нее прилив возбуждения.

Как долго он стоял там? Как долго он… наблюдал за ней?

Тепло разлилось внизу живота. Ей нравилась мысль о том, что он наблюдал, как она моется.

Келли провела кончиками пальцев по щеке. Она почти чувствовала, как призрак пальца Уркота скользит по ее лицу, почти ощущала его грубое, собственническое прикосновение, когда он взял ее за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

Неужели он действительно назвал ее своей прекрасной самкой?

Что со мной происходит?

Она была возбуждена, вот так просто, и она только что пережила один из самых эротических моментов в своей жизни с человеком-пауком. Она сидела верхом на задней части его тела, чувствовала тепло его тела, концентрирующее между ее бедер. Она втирала масло в его шкуру, исследовала руками его широкую спину, изучая каждую линию рельефных мышц, восхищаясь силой, которую он приобрел за годы работы в туннелях. Черт, у него даже есть ямочки на пояснице. Это было чертовски сексуально.

И Боже, какой же он большой…

Резкий щелчок ворвался в мысли Келли, прогоняя образы ночного купания и воспоминания о чувственных прикосновениях. Она резко вернулась в настоящее, глаза расширились.

— Хэй! — Лейси снова щелкнула пальцами рядом с Келли. — Земля вызывает Келли!

— Мы не на Земле, — весело сказал Уилл.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

Келли переводила взгляд с одного на другого, нахмурив брови.

— Что?