Ведущий странник духа направился к тому месту, где сперва остановились Келли и Уркот. Он несколько раз принюхался, рыча после каждого вдоха, и что-то сказал своим товарищам, которые вытянулись с широко раскрытыми жвалами, издавая свои нервирующие щелчки.

Макушка головного гребня Уркота коснулась потолка, и он остановился. Они были не так уж далеко, особенно с учетом того, что странники духа активно принюхивались и искали то, что для них, должно быть, было двумя чужеродными запахами. Вода скроет ароматы Уркота и Келли, по крайней мере, большую его часть, но малейший намек…

Если до этого дойдет, Келли сможет оставаться в воде, пока Уркот будет отбиваться от этих вриксов. Он в меньшинстве, но пока она будет вне досягаемости странников духа, ему не нужно скрываться.

Келли похлопала Уркота по спине, привлекая его внимание к себе. Вода плескалась у нее во рту, ноздри раздувались, когда она дышала через них. Она несколько раз отвела глаза в сторону и снова посмотрела на него, как будто пытаясь заглянуть себе за спину.

Уркоту потребовалось собрать все свои силы, чтобы удержаться от того, чтобы не наклонить голову и не пошевелить жвалами. Сжав губы и нахмурив брови, она уставилась на него, прежде чем снова отвела глаза в сторону. На этот раз он проследил за ее взглядом и повернул голову, чтобы посмотреть.

Свет мерцал под водой позади них, за точкой, где потолок встречался с поверхностью бассейна, — за пределами досягаемости скудного свечения этого помещения.

Он медленно попятился к этому свету, наклоняя голову, чтобы продолжать дышать, когда вода стала глубже, а потолок опустился. Грубый камень царапал его волосы и головной гребень. Слишком скоро он достиг точки, когда не мог двигаться дальше, не погрузившись полностью.

Келли прижала палец к шкуре Уркота и провела им вниз. Не средство утешения, а средство связи. Сигнал. Нежно сжав ее в объятиях, он отпустил ее.

Она сделала глубокий вдох, звук которого затерялся среди плеска воды о камень и ворчания странников духа, и скрылась под поверхностью.

Он почувствовал, как движется вода, когда она поплыла вниз, но заставил себя подождать восемь ударов сердца, чтобы у нее было достаточно места для гребков. Наполнив легкие воздухом, он нырнул под воду, и все звуки сменились приглушенным плеском воды.

Уркот повернулся, чтобы увидеть Келли. Она казалась темной фигурой на фоне света, проникающего через круглое отверстие в скале, ноги дергались, подталкивая ее вперед. Как только она проплыла, он последовал за ней. Просвет был небольшим, но его плечи и торс преодолели его. Келли поплыла к покрытой рябью поверхности, сквозь которую струился голубой свет, и он не мог не восхититься открывшейся перед ним красотой — ее красотой. При таком освещении и окружающей тишине момент был поразительно безмятежным.

Его движение резко прервалось, когда его ноги и задняя часть застряли в проеме. Он уперся руками в окружающую скалу и оттолкнулся. Камень царапал его шкуру, и мышцы дрожали от напряжения, но ему не хватало рычага, чтобы высвободиться, не хватало размаха, чтобы приложить всю свою силу. Пузыри воздуха вырвались у него изо рта и носа, пока он боролся.

Блядь.

ГЛАВА 21

Келли медленно вынырнула, позволив показаться на поверхности только голове, и сделала глубокий, спокойный вдох. Стараясь как можно меньше потревожить воду, она вытерла лицо и открыла глаза.

В поле зрения не было никаких странников духа.

Волна облегчения захлестнула ее.

Хотя ее сердце все еще колотилось после того ужасающего путешествия по улью странников духа, они с Уркотом прошли через это. Но… что теперь?

Большая круглая пещера была ярко освещена, вдоль стен росли голубые кристаллы всех размеров, по покрытому водой полу ползали светлячки. Но здесь не было ни проходов, ни туннелей, ведущих наружу.

Келли откинула голову назад.

Никакого выхода, кроме широкой круглой шахты наверху, ведущей прямо вверх. Это было что-то. Это был вариант.

Улыбаясь, она повернулась к Уркоту.

— Это безопас…

Ее сердце остановилось, а желудок сжался, как камень.

Уркот не вынырнул. Его здесь не было.

Рядом с ней на поверхности всплыли пузырьки.

— О Боже, Уркот.

Сделав глубокий вдох, Келли снова погрузилась в воду и посмотрела вниз. Сквозь туман она увидела его, темную тень на фоне голубоватого камня, бьющуюся в проеме, который привел их в эту пещеру.

Застрял.

О нет, нет, нет, нет…

Келли вынырнула, снова наполнила легкие и нырнула обратно, направляясь к Уркоту. Из него вылетело еще больше пузырьков, отчего ее паника усилилась. Неужели он тонул?

Нет! Я не потеряю его, ни сейчас, ни когда-либо еще.

Когда она подплыла к нему, его блестящие глаза встретились с ее. В его взгляде без сомнения был страх. Она, не теряя времени, осмотрела камень вокруг его тела, ища способ расшатать его. Может быть, если она воспользуется ножом, то сможет…

Нет. Не было времени расширить проем, надеясь правильно расколоть камень, да и вытащить его оттуда коротким клинком у нее определенно бы не получилось.

В отчаянии она выбросила нож, уперлась ногами в камень, обхватила Уркота руками за талию и оттолкнулась ногами, используя всю силу, на которую была способна. Уркот действовал вместе с ней, упираясь нижней рукой в скалу и извиваясь всем телом.

Он приподнялся, но снова застрял.

С ее губ сорвались пузырьки, а легкие горели от нехватки воздуха.

Уркот боролся с камнем, извиваясь сильнее. Одной рукой он схватил ее за руку и попытался оторвать, но Келли сжала его крепче. Она не хотела оставлять его. Она отказывалась покинуть его.

Жар разлился по ее бедрам от напряжения. Она только вложила больше сил в свои усилия.

Пожалуйста! Пожалуйста, пусть он освободится! Не… не дай мне потерять его.

Келли не была религиозной и никогда не молилась, но сейчас она это делала. Она молилась тому, кто бы ее ни слушал, будь то Бог, Восьмерка или какая-то другая неназванная сила.

Пожалуйста, помогите ему!

Из нее вырвалось больше воздуха, и темнота заволокла зрение. Внутренне она кричала, она рыдала, она ругалась, когда ужас сжал ее сердце.

Как раз в тот момент, когда ее тело угрожало сдаться, когда силы были на исходе, Уркот вырвался на свободу. Вода вспенилась, когда он схватил ее и оттолкнулся от камня. Они взмыли вверх, как ракета.

Вынырнув на поверхность, оба сделали громкий вдох, который эхом разнесся по залу. Кашляя и хватая ртом воздух, чтобы наполнить свои нуждающиеся легкие, Келли схватилась за шею Уркота, когда он поплыл к мелководью. Все ее тело дрожало.

Я чуть не потеряла его. Я чуть не потеряла его.

Слезы потекли по ее щекам.

Когда он достиг отмели, ноги Уркота задрожали и подкосились. Вода взмылась брызгами вверх, когда его задняя часть опустилась. Он сел, тяжело дыша, и обхватил Келли другой рукой, прижимая ее к себе.

— Келли, — прохрипел он, зарываясь носом в ее волосы. — Моя пара, моя найлия. Ты в порядке?

Все ли с ней в порядке? Все ли с ней в порядке?

Келли отпрянула и взяла его лицо в ладони, встретившись с ним взглядом.

— Я? А как же ты? Ты, блядь, чуть не утонул, Уркот!

Сузив глаза, он зарычал и запустил руку в ее волосы на затылке, сжимая их.

— Ты тоже! Тебе не следует так рисковать собой, Келли.

— Я вытащила твою паучью задницу наружу, не так ли?

— Да, — он прижался головным гребнем к ее лбу и закрыл глаза. Дрожь сотрясала его. — Ты больше не будешь рисковать собой.

— Не указывай мне, что делать, — сказала она, понизив голос.

— Я люблю командовать.

— Так и есть. Это не значит, что я должна тебя слушаться.

Уркот издал долгое, низкое, рокочущее рычание, но за ним последовало тихое слово.