— Когда они вышли на связь, я заставила их сказать, кто именно идет меня забирать, а затем сама связалась с ними — как раз в тот момент, пока вы с Шерил ходили в туалет в лесу. Я предупредила их, что я не одна, и приказала подыграть любому спектаклю, который я устрою, когда они будут меня паковать.

— Зачем?

— Да потому что ты мне реально понравилась, Эверли, веришь ты в это или нет! И Шерил тоже. Я до последнего не хотела, чтобы вы узнали правду обо мне. Что я гнусная сука, которая лгала вам в лицо каждую секунду, — её голос снова оказался на грани того, чтобы сорваться. — Поэтому я решила устроить с охотниками сцену жесткого похищения. Чтобы вы обе думали, будто я погибла, как и все остальные — как невинный игрок. Как ваша подруга.

— Погоди-ка. — Мой разум мгновенно уцепился за её фразу. — Ты сказала охотникам, что мы с Шерил были рядом с тобой?

— Да, мне пришлось. Вы были там, так что я обязана была их предупредить, — выдохнула она. — Вашим жизням ничто не должно было угрожать, ведь им скинули наши точные GPS-координаты исключительно ради меня, так что если бы они убили вас, это посчитали бы жульничеством. Охотников учат играть строго по правилам. Так что они должны были устроить шоу, забрать только меня, пока вы с Шерил где-нибудь прятались.

— Но они убили Шерил, — глухо произнесла я. — Ты ведь в курсе.

Никки болезненно поморщилась:

— Они не должны были её трогать, пока она просто сидела в укрытии. Но в ту секунду, когда она активировала ловушку, она стала честной добычей, — выговорила она. — В конце концов, это были их силки. А потом…

Она замолчала, слишком сильно подавленная слезами, чтобы продолжать. Я закатила глаза и громко щелкнула пальцами перед её носом:

— И что потом?

Никки сделала глубокий, судорожный вдох.

— Тот спектакль, который я устроила в итоге… он перестал быть спектаклем. Мои эмоции были настоящими. Я искренне думала, что смогу спасти Шерил, я безумно этого хотела. Она была хорошим человеком. Не то что я. — Она запнулась, и её лицо жалобно сморщилось. — Я так умоляла их отпустить её. Но они…

— Они вышибли ей мозги пулей.

— Знаю. Мне так жаль. — Никки бессильно опустилась на край кровати, поджав ноги к груди, и разрыдалась в три ручья. — Я пыталась. Я правда пыталась.

И хотя я не разрешала ей садиться на постель, я решила закрыть на это глаза. Она выглядела искренне раздавленной, а в моей руке по-прежнему был зажат массивный охотничий нож, так что я была более чем уверена, что никакой угрозы она для меня не представляет.

Когда она наконец немного взяла себя в руки, она посмотрела на меня красными от слез глазами.

— Как ты вообще ухитрилась выбраться из охотничьих угодий? — спросила она. — Я спрашиваю не как враг. Я спрашиваю, как подруга. Я искренне, безумно рада видеть тебя здесь живой.

Я внутренне напряглась.

— Я ничего тебе не скажу.

— Почему?

— Потому что мне помогли, — отчеканила я. — И я не собираюсь рисковать жизнью этого человека.

Никки шмыгнула носом, косясь на нож в моей руке.

— Эверли… ты ведь очевидно собираешься прикончить меня прямо здесь, в этой комнате, да? Мне не пройти мимо тебя. Не тогда, когда у тебя в руках эта штука. Так что я в любом случае не смогу выбежать отсюда и кому-то разболтать, чем ты тут занимаешься, верно?

— И что с того?

— Так что ты с тем же успехом можешь удовлетворить мое любопытство перед тем, как перережешь мне глотку, — тихо произнесла она. — И раз уж на то пошло… я бы ни одной живой душе не сказала, что ты здесь, даже если бы у меня появился шанс сбежать.

— Ну конечно, — презрительно фыркнула я.

Она снова вскинула ладони вверх.

— Пожалуйста, просто расскажи мне.

Я вздохнула. В её словах был резон. Я всё равно не собиралась выпускать её из этой комнаты, а если бы она дёрнулась, я бы не задумываясь пустила нож в ход. К тому же скоро вернётся Ретт, и он точно не даст ей уйти.

— Ладно, — буркнула я. — Мне помог один из охотников. Ретт.

— Ретт Синклер? — глаза Никки округлились. — Тот самый, который сейчас на первой строчке в таблице лидеров?

— Ага.

— Охренеть, — выдохнула она. — Как тебе вообще это удалось? Этот парень же наглухо отбитый!

— Он до вчерашнего дня не знал правды об Охоте, а когда узнал — пришел в бешенство, — ответила я. — Оказывается, большинство охотников понятия не имеют, что происходит. Ты знаешь даже больше, чем они.

— А-а. Точно. Я и забыла, — она слегка наклонила голову. — Они ведь думают, что вы все беглые зэки или типа того.

— Да. Типа того, — горько бросила я. — Но Джейк рассказал нам правду обо всём. Ну, то есть Джей-Джей, если говорить точнее. — Я выдержала паузу, медленно прокручивая нож в руке и ловя лезвием блики света. — После того как он всё выложил… я его убила.

У Никки глаза чуть не лопнули:

— Ты убила Джей-Джея?

— Ну, скажем так, Ретту пришлось мне помочь, — призналась я. — В кино всегда показывают, будто ударить кого-то ножом — проще простого, но у меня с этим возникли проблемы.

Никки продолжала ошарашенно смотреть на меня. Затем она пару раз моргнула, медленно покачала головой и вдруг залилась звонким, безудержным смехом.

— О господи! Это лучшее, что я слышала в своей жизни! — выдавила она сквозь хихиканье. — Он мертв. Этот ублюдок реально, блядь, мертв!

— Ага.

Её смех быстро затих, но улыбка так и осталась на лице.

— Хочешь знать, почему я его так сильно ненавижу? Точнее, ненавидела.

— Подозреваю, потому что он был редкостной мразью.

Она непринужденно махнула рукой:

— Ну, это само собой. Но была одна вещь, которая окончательно укоренила мою ненависть к нему. Еще задолго до того, как я узнала, что он с тобой сотворил.

— О чем ты? — нахмурилась я.

— Знаю, ты мне, скорее всего, не поверишь. Решишь, что я выдумываю жалостливую историю, чтобы ты меня пожалела, — вздохнула она. — Но однажды я была в доме Дженнингсов, потому что мне нужно было сделать кое-какую работу для Питера. В какой-то момент Джей-Джей предложил мне выпить. После этого я не помню вообще ничего. Просто очнулась на следующий день у себя в квартире. Но я точно знаю, что в том доме со мной что-то произошло, и я знаю, что это его рук дело.

Я тяжело сглотнула:

— Я тебе верю.

— Правда?

— Да. — Я медленно кивнула. — Он хотел избавиться от меня как раз потому, что я пронюхала про эти его дела. Я думала, он сотворил такое только с одной девушкой — он сам мне так сказал, — но мне, видимо, стоило догадаться, что он тварь и лжец.

— Черт. — Никки глубоко выдохнула. — А мне он втирал, что ты просто поехавшая, назойливая бывшая, которая проходу ему не дает и вечно клянчит деньги. Но эй, как ты сама только что сказала… мне стоило догадаться, что он врет.

— Мне очень жаль, что это с тобой случилось, Никки, — тихо произнесла я.

Она лишь пожала плечами, будто речь шла о пустяке:

— Наверное, это просто часть моих «должностных обязанностей», — горько усмехнулась она. — Я же говорила, я здесь на правах рабыни. Если кто-то из Уайлдеров хочет от меня чего-то… ну, им не обязательно спрашивать разрешения. Я всё равно не могу сказать «нет». Как вчера с Джорданом и Мэттом.

— В каком смысле?

Она медленно приподняла край свитера, обнажая синяки и следы укусов на груди.

— После того шоу, что я устроила, когда они меня паковали, у них появились определенные идеи, — едва слышно пробормотала она. — Прошлой ночью они приперлись ко мне в комнату и заявили, что я должна сдержать свое обещание.

У меня внутри всё просто перевернулось:

— Ты имеешь в виду… всё то мерзкое дерьмо, которое они заставили тебя говорить перед тем, как убить Шерил?

— Ага. «Уговор дороже денег», как они выразились, — Никки горько изобразила пальцами воздушные кавычки. — Так что, по их логике, я осталась им должна.

— И они заставили тебя…

— Они меня не заставляли, — перебила она. — Но этот топор всегда висит над моей головой, понимаешь? Сам этот подтекст. Если я откажусь делать то, что требует Уайлдер, я нарушу свои обязанности, а значит, моя работа, и моя жизнь, окажутся под угрозой. Так что я просто почувствовала, что у меня нет выбора.