— Вот же гребаные твари, — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. — Они именно заставили тебя, Никки, потому что прекрасно знали, что ты занимаешь подчиненное положение в этом их обществе. Знали, что ты слишком сильно боишься сказать «нет». Так что это ни разу не был твой выбор.

Она снова тяжело вздохнула:

— Ну да, пожалуй… Но такова теперь моя жизнь.

— Мне так жаль.

— Всё нормально. Я специально затопила свою ванную, чтобы Питер перевел меня в другую комнату подальше от блоков для персонала. Рассудила, что так Джордану и Мэтту будет сложнее меня найти. — Она обвела рукой спальню. — Это место должно было стать моим убежищем, так что… Хотя на самом деле ничего не нормально, учитывая, что сейчас я сижу здесь и жду, когда ты решишь, как и когда ты меня прирежешь.

Я не знала, что на это ответить, поэтому промолчала. Никки какое-то время хмуро разглядывала пол, а затем снова подняла на меня глаза.

— Послушай, Эверли… перед тем как ты всадишь мне нож в шею, я хочу, чтобы ты кое-что знала. Там, в лесу, далеко не всё было ложью, — она едва заметно качнула головой. — Мой рассказ о том, что я выросла в глуши, — правда. Все те навыки выживания, которым я учила тебя и остальных, были настоящими. Я никогда вас не саботировала. Никогда.

— Я знаю, — мягко ответила я. — После твоего ухода я выжила только благодаря тем советам, которые дали мне ты и Шерил. Я и других им учила. Но они…

Я осеклась, прикусив губу, когда волна боли снова подступила к горлу.

— Я знаю, что с ними случилось, — отозвалась Никки. — Мне обо всём доложили. Все думали, что ты тоже погибла, но когда дым рассеялся… тебя там не оказалось. И в списках мертвых тебя не было. Ты просто исчезла. С тех пор никто тебя не видел.

— Да. Я вырвалась, — буркнула я.

— Да уж, Ксавье Нильссон был просто в ярости. Уложить четырех игроков разом — это бы мгновенно вывело его на первую строчку в таблице, — её брови удивленно поползли вверх. — Кстати, а как ты вообще ухитрилась от него уйти?

— Вот тогда-то Ретт меня и вытащил, — пояснила я. — Он вынес меня из дыма на руках, и мы пробирались через слепые зоны и коридоры, чтобы нас никто не засек. После этого нырнули в один из туннелей и пришли сюда, потому что это крыло обычно пустует. Мы думали, здесь будет безопасно.

— И где-то в процессе всего этого вы грохнули Джей-Джея.

— Да. Его тело до сих пор там, — я покосилась в сторону окна. — Ретт сейчас как раз там. Заметает следы.

Никки наморщила лоб:

— Отец Джей-Джея уже заметил, что сын не отвечает на рацию. Да и вообще ни на какие звонки, — произнесла она. — Он как раз только что допытывался у меня, когда я видела его в последний раз.

— Да, я знаю. Слышала, — пробормотала я. — Как думаешь, сколько у нас времени, прежде чем он окончательно заподозрит неладное и вышлет поисковый отряд?

— Без понятия, — пожала она плечами. Пару секунд она задумчиво покусывала нижнюю губу, а затем склонила голову набок, снова глядя на меня: — И каков ваш грандиозный план побега? Собираетесь уплыть отсюда вплавь?

— Нет.

— Ну, Ретт тебе наверняка уже говорил, но на время Охоты остров полностью блокируют для любого транспорта, — заметила она. — Так что, подозреваю, ты сейчас в таком же дерьме, как и я, потому что вечно прятаться в этой комнате у тебя не выйдет.

Я упрямо сжала челюсти:

— Мы еще работаем над планом, — буркнула я.

Никки открыла было рот, чтобы ответить, но прежде чем она успела проронить хоть слово, по двери раздался резкий, отчетливый и намеренный стук.

32

Эверли

Тишина, повисшая после стука, казалось, физически давила на меня — тяжелая и удушливая, точно воздух перед грозой. Сердце бешено колотилось; я уставилась на Никки и прижала палец к губам, отчаянно надеясь, что она подчиниться моему беззвучному приказу. К счастью, она послушалась и крепко зажала рот ладонью.

Раздались еще три стука — тяжелые, размеренные, и я едва не выпрыгнула из собственной кожи. О господи, господи, господи…

Через пару секунд из-за двери наконец донесся глубокий голос Ретта:

— Это всего лишь я, малышка. Ты в безопасности. Откроешь?

Шумно и с облегчением выдохнув, я шагнула к порогу и отперла замок, ни на секунду не спуская глаз с Никки. Ретт размашисто зашел в комнату, и его глаза мгновенно округлились, стоило ему заметить её.

— Что за чертовщина? — вымолвил он, сразу выставляя руку вперед и заслоняя меня от нее. Свободной рукой он полез под куртку, молниеносно выхватил черный пистолет и наставил его прямо ей в лицо. — Какого черта ты тут делаешь?

— Ретт, всё нормально, — поспешила вмешаться я. — Ну, во всяком случае… более-менее.

— Нет, это не нормально. — Он повернулся ко мне, и в его глазах вспыхнула дикая помесь шока и злости. — Я знаю, ты считала её своей подругой там, в лесу, но она подсадная утка от Общества. Она на самом деле не...

Никки бесцеремонно оборвала его:

— Да она в курсе, ясно?! Я сама ей всё выложила.

— Это правда, — подтвердила я, мягко коснувшись его свободной руки. — Она рассказала мне абсолютно всё о своей работе.

— И что с того? — Ретт и не подумал опустить ствол. — Это еще не значит, что она на твоей стороне.

Никки обреченно вздохнула и вскинула руки вверх:

— Да без разницы. Валяй, стреляй тогда. Это всяко лучше, чем получить нож, — буркнула она, косясь на мой клинок.

— Погоди. — Я снова перехватила Ретта за руку. — Не убивай её. Пожалуйста.

Его челюсть жестко сжалась.

— Проклятье, я не позволю кому-то встать у меня на пути, пока я пытаюсь вытащить тебя с этого проклятого острова, — процедил он сквозь зубы. — Так что дай мне хотя бы одну вескую причину, почему мы не должны избавиться от нее прямо сейчас.

— Потому что мне кажется…

— Может, я смогу вам помочь? — выпалила Никки прежде, чем я успела закончить фразу. — Я имею в виду, вы очевидно хотите вытащить Эверли отсюда целой и невредимой, но она сказала, что у вас пока нет четкого плана. А три головы всяко лучше одной, верно?

— В её словах есть смысл, Ретт, — повернулась я к нему. — Мы ведь хотим уничтожить всё это Общество, и человек вроде нее на нашей стороне может очень сильно пригодиться.

Он лишь презрительно хмыкнул, продолжая буравить Никки тяжелым взглядом.

— С какой стати мы должны поверить, что ты внезапно захотела нам помочь? — спросил он её. — Ты одна из них.

— Как и ты, если ты вдруг забыл, — парировала она ледяным тоном. — И без обид, но ты-то людей реально убивал, так что в моих глазах это делает тебя куда хуже меня. Я лично никого жизни не лишала.

— Справедливо, — процедил Ретт. — Но ты не ответила на мой вопрос. Почему мы должны верить, что ты хочешь помочь нам уничтожить Общество?

— Да потому что я их сильно ненавижу, это же очевидно!

— Вот в том-то и проблема. Это вообще не очевидно. — Ретт опасно прищурился. — Ты работаешь на «Дикую охоту» уже… сколько?

— Около года.

— Вот именно. Целый год, за который ты и пальцем не пошевелила. А теперь, когда тебе это внезапно стало удобно, ты заявляешь, что хочешь всё здесь разнести?

— Я думала об этом каждый божий день, — произнесла Никки, и её голос взлетел на октаву выше. — Но я никто. Что я, блядь, могла сделать такого, чтобы это сработало? Ничего. Так что, само собой, я никогда ничего не говорила и не делала против общества. Это слишком рискованно. Но всё меняется, если на моей стороне будешь ты.

— Почему?

Никки всплеснула руками:

— Эм, ну привет? Ты не просто работаешь на Уайлдеров, как я. Ты и есть Уайлдер. И один из лучших охотников, что у них имеются. Плюс твой отец — один из Патриархов. Так что, не хочу слишком уж льстить тебе, но парень вроде тебя — это, пожалуй, моя единственная надежда покончить с тем абсолютным адом, в который превратилась моя жизнь за последний год.

Я снова коснулась руки Ретта: