Автор Реброва Мила

— Ты изменяешь мне!— И что? Думаешь, есть мужчины, которые не изменяют? Ты явно насмотрелась фильмов! Все это делают!— Ты серьёзно? Думаешь, я просто забуду и закрою на это глаза?— Закроешь! Куда ты денешься? Я тебя полностью обеспечиваю! У тебя есть всё для счастливой жизни, а то, что я позволил себе немного сбросить стресс на работе, ничего не значит…В новогоднюю ночь я застала своего мужа с его секретаршей. Но хуже всего даже не это, а то, что он считает подобное поведение нормальным. Считает, что имеет право так поступать, раз обеспечивает меня и нашу дочь. Только вот я не намерена терпеть измены и жить с предателем дальше!

— Да… ещё… — женский голос срывается, она задыхается от удовольствия.Тяжёлое дыхание. Хлопок по коже. Приглушенный стон.— Тебе нравится, да? — голос мужа звучит самодовольно, даже довольнее, чем обычно. — Нравится валяться в постели моей жены?Меня пробивает холод. Дыхание застревает в горле.— А что, тебя это не заводит? — мурлычет девушка, слащаво, почти смеясь. — Такой… адреналинчик?— Конечно, — он ухмыляется. — Мы с Варенькой тут спим, я её обнимаю, целую, а теперь здесь ты.Очередной стон. Глухой звук. Девчонка всхлипывает.Меня трясёт. Я хватаюсь за дверной косяк, чтобы не упасть.— Её духом пахнет, представляешь? — голос мужа скользкий, мерзкий, до дрожи противный. — Я только что был с женой, а теперь — с тобой. Ну разве не кайф?

– Я ухожу. – Куда? У нас же семья… Он усмехнулся. – Семья? Нет, Олесь. Семья—это когда домой хочется возвращаться. А я еле ноги сюда тащу. Меня пробило холодом, руки затряслись. – Что я сделала не так? Он посмотрел безразлично, с жалостью даже. Будто я какая-то грязь, прилипшая к ботинку. – Ты клуша. Понимаешь? Клуша домашняя. Вечно в халате, с мешками под глазами. Борщом от тебя несёт и тоской. Я устал. – Но я же…я…—голос сорвался, в груди сжало. – Ты – никакая, Олесь. И рядом с тобой я тоже стал никакой. Хватит. Он ушёл, хлопнув дверью. А я осталась одна – «никакая». В халате. С борщом на плите. И с его ребёнком под сердцем, о котором он так никогда и не узнает.

– Алёна, я хочу развестись. – Что?.. – Я ухожу. – Но почему? Мы же… – Ты не можешь больше иметь детей. – У нас есть две дочери, Вадим! – Мне нужен сын. Одна фраза – и вся её жизнь стёрлась. Он собрал чемодан и ушёл. К другой женщине. Ради новых детей. Просто вычеркнул их семью. А теперь стоит на пороге. Спустя шестнадцать лет. Говорит, что совершил ошибку, что хочет вернуть то, что потерял. Но можно ли простить мужчину, который однажды выбрал другую? И что, если правда окажется страшнее, чем предательство?

– Вы меня убьёте? – мой голос звучит глухо, сдавленно. Братья стоят полукругом. Родные люди, те, кто должен был защищать, а не ломать меня. – Ты опозорила семью. Мы смоем позор кровью. Удар. Я падаю в грязь, и с разбитых губ срывается стон. Моё свадебное платье рваное, испачканное кровью. Я больше не надеюсь, не прошу. Просто закрываю глаза и жду конца. Но вдруг резкий голос разрезает ночь: – Что здесь происходит?! Я вздрагиваю и открываю глаза. Передо мной он: высокий, хищный, совершенно чужой. – Она позор семьи, – произносит кто-то из братьев. – Вы её убиваете. – Мы имеем на это право. Он усмехается, качая головой: – К чёрту ваш позор. А потом его взгляд задерживается на мне: – Ты хочешь жить? Я не знаю, что ответить. Губы дрожат, голос едва не срывается: – Да… Он медленно сжимает кулаки. – Тогда ты моя. Пятеро мужчин против одного. Шансов нет. Но он их не считает. Он просто бросается в бой.