— Может быть, именно поэтому ты так упорно ненавидишь меня, хотя встретил только что. Потому что ты знаешь, что если я — ошибка, которую звезды были готовы совершить дважды, то их решение забрать свою сущность из твоей семьи означает, что ты — нечто гораздо худшее.

Мы смотрели вдаль, я оскалила зубы и стиснула кулаки. Ярость была единственным, что у нас действительно было общего. К несчастью для него, у меня было гораздо больше.

— Сожаление, — закончила я, наконец заставив себя встать. Была уверена, что ударю его плечом по руке, проходя мимо, и зная, что позже заплачу за свои слова, но меня это не волновало. — Ты знаешь, что говорят о сожалениях, верно, Альтаир? — я оглянулась через плечо: черные пятна наконец полностью исчезли. В утреннем свете Альтаир выглядел почти как призрак, одетый в черное. Павший воин, намеревающийся преследовать своих преемников. — Они преподают уроки, которые не дадут тебе совершить одну и ту же ошибку дважды. К несчастью для тебя. Возможно, на этот раз звезды выберут лучшую, более достойную семью.

Глава 12

Нова

«Сегодня вечером у меня был секс впервые после моего магического ритуала. Он сказал, что, по его мнению, спать с шайтаном было бы особеннее — более захватывающе. Несмотря на это, я не хотела его бить. Честное слово. Я просто потеряла контроль над собой».

— Из дневника Новы Тершетты, 9257 ПЗ

Как и ожидалось, все захихикали и указали на меня, когда я, дрожащая и промокшая насквозь, наконец нашла ворота, ведущие на базу.

Я не понимала, как Альтаир нашел меня раньше, ведь я приземлилась в южной части острова, а вход находился на северном конце. К тому времени, как почти наступила ночь и я увидела ворота, Альтаир уже был за ними. Его окружали Отарн, Старейшины, Дофрель и Зейд.

Где же Тэлон? Неужели он не добрался?

Не то чтобы это имело значение, но было бы интересно, если бы какой-нибудь основной семье пришлось оплакивать сына. Насколько я знала, ни одна основная семья никогда не теряла никого во время ритуала теней или элитной тренировки. Им всегда удавалось выжить.

Я шла вперед, возвышающиеся черные шипы ворот дрожали, когда я приближалась. Затем, словно чувствуя тени, которые извивались и горели внутри меня, они расступились, пропуская меня внутрь. Хотя некоторые всё ещё посмеивались, многие замолчали, когда я вошла.

Верно, я добралась. Преуспела. Никаких отличий от вас.

Группа заметно уменьшилась по сравнению с предыдущей, некоторые ещё не вернулись, а некоторые, возможно, даже погибли. Времени оставалось мало, поэтому я предположила, что после меня войдет мало кто.

Сколько нас там было? Едва ли сто человек, это точно. Можно было бы подумать, что они не захотят потерять столько шайтанов, но, похоже, они считали, что мёртвый шайтан лучше, чем некомпетентный элитный воин.

— Эй, — сказал кто-то слева от меня. Я вздрогнула, и в холодном воздухе раздался ещё один смешок. Рыча, я повернулась к Тэлону, не понимая, почему я уже знаю его голос, но находя этот факт ещё более раздражающим.

— Что тебе нужно, Зейд? — я обязательно назвала его фамилию, давая понять, что мы недостаточно знакомы, чтобы обращаться друг к другу по имени. Сдерживая желание дрожать и трястись, я выпрямила плечи.

С гримасой он поднял руки.

— Извини, я не хотел тебя напугать. Просто хотел извиниться за то, что произошло раньше. Я не хотел выходить из себя. Если бы ты знала Аза, ты бы поняла.

— О, я прекрасно понимаю. Все вы, из родов, любите шутить и играть за счет других. Это ваша сущность.

Тэлон заметно вздрогнул, как будто мое решение причислить его к Альтаиру причинило ему боль. Возможно, так и было. Правда часто ранила.

— Оставь меня в покое, Зейд.

Наконец он отошел в сторону, и я смогла присоединиться к группе. Я спряталась в центре, не желая находиться рядом с родами. Они пытались повлиять на меня, чтобы убедиться, что ахата не станет элитой. Если я не уйду от них и не сосредоточусь, они победят.

И вот я растворилась в толпе, позволяя им болтать, пока пыталась сосредоточиться.

Согреть тело. Высушить плащ. Тепло. Тепло. Тепло.

Когда ткань вокруг меня медленно перешла из влажного состояния в сухое, я вздохнула с облегчением. Не полное согревающее заклинание, но, по крайней мере, я не загорелась. В моем состоянии этого было достаточно. Тем не менее, я дрожала, мысленно повторяя то, что знала о следующих шагах. Вскоре вопросы других стажеров о своих друзьях и их предположения о том, что их ждет, исчезли, и меня охватили одновременно покой и тревога.

В обеих книгах говорилось, что нас заставят бодрствовать следующие сорок восемь часов. За это время нас проверят. Я не была уверена, какая из двух книг более новая, но надеялась, что это не «Дышащие тени», где упоминалось, что стажеров отправили в двенадцатимильный поход, а затем сделали инструкторами по боевым искусствам.

Я бы быстро проиграла этот бой.

Время пролетело незаметно, пока я размышляла, никто меня не беспокоил. Именно в тот момент я вспомнила смертельные битвы, происходившие в «Магии во тьме». Я наблюдала, как последний человек входит — ковыляя — внутрь, ворота со скрипом распахнулись, и я подумала, не придётся ли нам теперь всем убивать друг друга. Солнце окончательно опустилось, и вскоре нас окутала тьма. Каждый из нас был смертельным оружием, ножом, который нужно было заточить, но, казалось, только я боялась, что меня используют.

Внезапно перед нами появилась капитан Зейд, из неё вырвался магический свет, воспламенивший высокие пустые стеклянные шары, стоящие на вершинах двадцатифутовых чёрных столбов. Это было то же самое, что делали в Звёздном квартале. Единственный способ получить свет, превосходящий свет пламени или самого солнца. Шайтаны давным-давно нашли способы использовать свою магию и создавать то, что они называли бы технологиями.

Ее лицо оставалось бесстрастным, когда она осматривала нас. Кровь брызгала на ее загорелую кожу, часть попадала в рот. Она высунула язык, слизывая красную жидкость.

— Я убила двенадцать ваших товарищей по обучению. Их неспособность выполнить первое задание показала их слабость, и теперь они служат предупреждением для каждого из вас. Единственное, чего мы не примем — и не можем принять — это неудачу. Вы можете трахаться, драться и выпендриваться, но вы не можете быть неполноценными.

Нас снова окутала тишина. На её коже была кровь, по крайней мере, одного из нас, хотя, скорее всего, всех двенадцати. Это было, мягко говоря, жутко.

— Отныне вы все будете излучать совершенство. Ошибки, — почти прошипела она, встречаясь с моим взглядом в толпе, — недопустимы.

Ошибки. Конечно, она использовала это слово. С таким же успехом она могла бы назвать меня ахата.

— В течение следующих сорока восьми часов каждый из вас будет испытан не только на предмет вашего будущего положения среди элиты, но и на предмет вашей достойности носить этот титул. Мы будем испытывать вас на пределе ваших возможностей, и даже больше, но к концу этих двух дней каждый из вас узнает, кто вы и чего стоите.

Пожалуйста, не заставляйте нас убивать друг друга.

Не то чтобы я была особенно против убийства или битвы в теории, просто знала, что в этой группе я одна из самых слабых. Не стоило умирать сейчас, когда я была так близка к тому, чтобы наконец-то получить средства для спасения своей семьи.

— В элите десять специальностей, каждая из которых разделена на две роты под командованием полковника, — капитан Зейд начала расхаживать взад-вперед, крепко сжав руки за спиной. Хотя никто нам этого не говорил, я почувствовала, как мы одновременно приняли позу отдыха, расставив ноги на ширине плеч и сложив руки за спиной, как и она. — Эти должности: алхимик, стратег, боец, медик, логист, разведчик, связист, педагог, священник и картограф. Ваше назначение не зависит от ваших предпочтений, а зависит от того, что в вас увидят капитаны. Все двадцать из нас будут на месте. После назначения на определенную специальность вы будете носить это звание до выхода на пенсию или смерти. Вы все поняли?