Автор Акутагава Рюноскэ

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр"."Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги, темно-синяя вода, темно-синие рыбаки, темно-синие тростники и мискант... И вот все это погрузилось на дно почти черной синевы, а тут вверх взмываете вы, три белых цапли...""Я сочувствую любому духу протеста в искусстве. Даже если он направлен против меня".Эти три цитаты из написанного Акутагава Рюноскэ (1892-1927) взяты почти наугад - выбраны тем же образом, каким гадают по книге стихов. Но, вероятно, и этого довольно, чтобы понять, почему переводы именно его рассказов открыли в России новую эпоху - эпоху пристрастного и вдохновенного чтения современной японской прозы...

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги, темно-синяя вода, темно-синие рыбаки, темно-синие тростники и мискант... И вот все это погрузилось на дно почти черной синевы, а тут вверх взмываете вы, три белых цапли..." "Я сочувствую любому духу протеста в искусстве. Даже если он направлен против меня". Эти три цитаты из написанного Акутагава Рюноскэ (1892-1927) взяты почти наугад - выбраны тем же образом, каким гадают по книге стихов. Но, вероятно, и этого довольно, чтобы понять, почему переводы именно его рассказов открыли в России новую эпоху - эпоху пристрастного и вдохновенного чтения современной японской прозы...

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр"."Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги, темно-синяя вода, темно-синие рыбаки, темно-синие тростники и мискант... И вот все это погрузилось на дно почти черной синевы, а тут вверх взмываете вы, три белых цапли...""Я сочувствую любому духу протеста в искусстве. Даже если он направлен против меня".Эти три цитаты из написанного Акутагава Рюноскэ (1892-1927) взяты почти наугад - выбраны тем же образом, каким гадают по книге стихов. Но, вероятно, и этого довольно, чтобы понять, почему переводы именно его рассказов открыли в России новую эпоху - эпоху пристрастного и вдохновенного чтения современной японской прозы...

Класик японської літератури Акутагава Рюноске залишив яскравий слід у світовій культурі й помітно вплинув на розвиток новелістики. У Японії щорічно присуджується премія ім. Акутагави за найкращий літературний дебют та видаються твори, удостоєні цієї дивовижної відзнаки.В Україні з особливою художньою довершеністю переклав і перекладає твори видатного японського майстра Акутагаву Рюноске Іван Дзюб. У видання увійшли як давніші, так і нові переклади Івана Дзюба, які друкуються вперше, і ця книга є своєрідним виявом глибокої шани, як до японського митця, так і до багатолітньої праці українського інтерпретатора.

Эта книга — одна из серии антологий, составленных Хорхе Луисом Борхесом совместно со своими друзьями — писателями Адольфо Бьой Касаресом и Сильвиной Окампо. Шестьдесят пять авторов самых разных эпох и культур расскажут читателю множество удивительных историй о чудесном и необычайном.

Этот рассказ я услышал от своего близкого университетского товарища, с которым встретился однажды летом в поезде Токио — Иокохама. История, которую я хочу рассказать, относиться к тому времени, когда я по делам фирмы ездил в И. Однажды меня пригласили там на прием. В ресторане, где он был устроен, в нише кабинета, висела литография генерала Ноги — дело ведь происходило в И., - а перед ней стояла ваза с пионами. С вечера лил дождь, посетителей было мало, и я получил большее удовольствие, чем ожидал. На втором этаже тоже как будто шел прием, но, к счастью, не особенно шумный, как это бывает обычно. И вдруг, представь себе, среди гейш…

Творчество Рюноскэ Акутагавы пользуется заслуженной популярностью как в нашей стране, так и во всем мире, а его самые известные повести и рассказы, такие как «В стране водяных», «В чаще» и «Ворота Расёмон», регулярно переиздаются. Но собранные в этом издании письма школьным друзьям, учителям и коллегам-писателям позволяют взглянуть на известного японского литератора с другой, не столь известной стороны и показывают нам Акутагаву-человека, со всеми его надеждами, мечтами и разочарованиями. А представленные в сборнике эссе и статьи демонстрируют взгляд Акутагавы на литературу, критику, различия между Востоком и Западом.

Действие большинства новелл Акутагавы происходит в далеком прошлом. В древности он ищет аналоги поступков и мыслей современников: «Душа человека в древности и современного человека имеет много общего. В этом все дело». Многообразие исторических, географических и культурных условий помогает конструировать ситуации, в которых проявляется личность, ее основополагающие черты и качества, нравственный выбор. Акутагава писал много и разнообразно; пользовался громадным успехом. Сборники его рассказов выходили один за другим и быстро раскупались. В апреле 1925 года его книгой открылась многотомная серия «Собрания современных произведений».