Поэзия и драматургия. Страница 66

Сергей Есенин - один из самых трагических русских поэтов XX века. Именно он выразил трагедию, плач, смятение исконной России, когда в семнадцатом году была прервана связь с ее тысячелетней историей. Он и самый таинственный поэт. Крестьянский сын, за десять с небольшим лет (от стремительного вхождения в литературу до трагической гибели) он оказался в центре культуры. И сегодня его стихи затрагивают самые щемящие струны русской души.

Чернобровые, любитесь,да не с москалями,москали — чужие люди,глумятся над вами.Позабавится и бросит —поминай как звали.а дивчина погибаетв горе да в печали.Пусть сама б она погибла,кляня долю злую,но еще и то бывает —губит мать родную.

К читателюТак кто же ты? Друг или недруг?Тут нет середины ни в чём.Тут либо дремучие недра,А либо звезда над ручьём.И стань ты хоть докою ушлымИль тем записным знатоком,Но паче всего равнодушнымНе смей состоять. Ни при ком.И вот ведь тут чудо какое:Сейчас ли, а может, в былом,Лишал ли тебя я покояПри встрече с добром или злом?

Счастье для только что вышедшего из тюрьмы сталкера в том, чтобы вести к Комнате других. На этот раз он ведёт Профессора (Гринько), исследователя-физика, и Писателя (Солоницын) в творческом и личностном кризисе. Они трое проникают через кордоны в Зону. Сталкер ведёт группу осторожно, окружным путём, прощупывая путь гайками. Флегматичный Профессор ему доверяет. Скептичный Писатель наоборот, ведёт себя вызывающе, и, похоже, не слишком-то и верит в Зону и её «ловушки», хотя встреча с необъяснимыми явлениями его несколько переубеждает. Характеры героев раскрываются в их диалогах и монологах, в мыслях и снах Сталкера. Группа проходит Зону и на пороге Комнаты выясняется, что Профессор нёс с собой небольшую, 20-ти килотонную бомбу, которой намерен уничтожить Комнату – потенциальную исполнительницу желаний любого деспота, психопата, мерзавца. Потрясённый Сталкер пытается остановить Профессора кулаками. Писатель считает, что Комната всё равно исполняет не благообразные обдуманные пожелания, а подсознательные, мелкие, стыдные. (А впрочем, возможно, никакого исполнения желаний и вовсе нет.) Профессор перестаёт понимать, «зачем тогда вообще к ней ходить», развинчивает и выбрасывает бомбу. Они возвращаются.

Каждая новая встреча с лирикой Анны Ахматовой – нечаянная радость. Есть поэты для поэтов, есть поэты для критиков. Ахматова – поэт для читателей. В сборнике, который вы держите в руках, опубликованы только те ахматовские стихи, которые она сама считала лучшими, в том числе первые ее книги – «Вечер», «Четки», «Белая стая», «Подорожник» и «Anno Domini».