Его губы сжались, и, судя по выражению его лица, его разозлило, что Морроу цепляется к его ученице.

— То, что мы сражаемся на одной стороне, не означает, что мы все ладим. Нет конкретных правил против того, чтобы быть ублюдком, так что нет смысла идти с этим к Командиру. Если я вмешаюсь, он станет видеть в тебе ещё большую мишень. Любой вампир, с которым ты столкнёшься, будет куда хуже Морроу, поверь мне.

Подмышками выступил пот, я кивнула:

— Я сама разберусь.

— Хорошо. Ты дукай, и ты моя ученица. У меня есть репутация. Ты не должна терпеть дерьмо от обидчиков. — Он жестом указал мне идти. — Мы направляемся в главный зал.

— Зачем?

Он полуулыбнулся, и от этого мне стало не по себе:

— Увидишь.

Глава 5

Тёмный туннель, по которому мы шли, был перекрыт сводчатым каменным потолком, казавшимся таким же высоким, как и в той комнате в башне, которую я теперь делила с Вандером. Флаги ЛОА висели на стенах примерно каждые двадцать шагов. В небольших нишах были установлены изысканные серебряные канделябры с пятью горящими свечами из чёрного воска. Эхо голосов с другого конца гуляло вокруг нас, а затем мы повернули за угол и вошли в огромное открытое помещение.

Я замерла, поражённая его величием: стремительные арки потолка и готические чёрные люстры, свисавшие с деревянных балок, не были похожи ни на что из того, что я видела раньше. Витражные окна по обеим сторонам зала пропускали достаточно света, так что в это время суток не было необходимости в свечах. Гул разговоров, доносившийся от учеников и наставников, отдавался эхом от остроконечной крыши. Внутри, несмотря на закрытое помещение, пахло лесом — кедром и сосной. Это напоминало мне о доме, хотя само место выглядело чужим. С тех пор как я ступила за стену Найтхейвена, меня не покидало ощущение, будто я прошла через портал в другой мир.

Во главе зала находился возвышающийся помост с длинным деревянным столом. Он явно предназначался для руководства. Я задумалась, дозволено ли королевской семье бывать здесь, если никому за пределами ЛОА не полагалось знать, где находится это место.

За помостом возвышалась бронзовая статуя мужчины в ассасинском снаряжении в полный рост; он стоял с мечом в руке, остриё которого было направлено в землю. А рядом с ним присела бронзовая женщина, вытянув одну ногу в сторону, словно собираясь сделать подсечку сопернику, и одновременно тянулась назад, чтобы сжать рукоять своего клинка.

— Основатели Лиги убийц, — произнёс Вандер, заметив мой взгляд. — Эмерисс и Эйлия. Брат и сестра.

— Как давно была основана ЛОА?

— Сто девяносто восемь лет назад.

— Они были среди первых дукаев?

— Мы можем проследить первые упоминания о вампирах вплоть до событий двухсот пятидесятилетней давности. Легенда гласит, что они пришли из-за Громового моря на спинах великих крылатых тварей — драконов. Поколение спустя стали рождаться люди с необычайными способностями. Некоторые говорят, что первые дукаи были потомками вампиров и человеческих женщин и продолжением их кровных линий, в то время как другие…

— Как это вообще возможно? Вампиры способны только питаться и убивать. — От одной мысли об этом меня чуть не вырвало.

— Это правда, большинство из них подвластны жажде крови, особенно те вампиры, с которыми сталкивалась ты, но не все они дикари — те одичавшие твари, которых ты видела в лесу. Есть вампиры расчётливые, хитрые, и живут они куда роскошнее, чем мы.

Я нахмурилась, пытаясь хотя бы представить подобное. За всю мою жизнь те, кого я видела и о ком слышала, вели себя как дикие звери, жаждущие только охоты и крови. И всё же существовали вампиры, жившие роскошнее жителей Найтхейвена? У меня сохранились смутные воспоминания о том, как бабушка Тора рассказывала мне сказки о вампирском городе с сияющим чёрным замком, но чтобы ложиться в постель с человеческими женщинами и не убивать их? Невозможность подобного заставляла мою голову раскалываться.

— И что же говорят другие?

— Другие — и именно этому нас учат в академии — говорят, что дукаи рождаются с прикосновением богов, чтобы спасти человечество от вампиров.

Именно эту историю и рассказывала моя бабушка. Но первая версия казалась более правдоподобной, учитывая, что дукаи обладали многими чертами вампиров, но без жажды крови и без превращения в камень на солнечном свету. Я никогда особо не задумывалась о богах, хотя мать учила меня, что существует богиня всей жизни, стоящая как над животными, так и над людьми и дукаями, и бог природы, отвечающий за деревья, реки и горы. Насколько я знала, это были просто старые сказки, объясняющие, почему всё устроено именно так, но порой во мне теплилась надежда. Я молилась о том, чтобы кто-нибудь спас мою бабушку… Никто не пришёл.

— Значит, это боги послали и вампиров?

Вандер слегка опустил подбородок. Его пытливый взгляд заставил меня улыбнуться.

— Что?

— Есть хищники, а есть добыча. Таков путь, независимо от того, повелели так боги или нет. И прямо сейчас мы находимся на войне, чтобы выяснить, кто из нас высший хищник, а кто уничтожит другого.

— Разве не было бы замечательно, если бы они просто оставались на своей земле, а мы — на своей, — пробормотала я.

— Только не тогда, когда мы являемся для них источником пищи, и не тогда, когда природа человека и дукая требует обеспечить своё выживание — а делаем мы это, убивая всё, что может этому угрожать. Или мы, или они. И если победят они, то убьют дукаев, а людей поработят.

Я никогда не думала об этом под таким углом. Возможно, потому, что всегда видела в себе добычу, а не высшего хищника. Вроде моего детского кролика Эдвина, которого я нашла окровавленным и растерзанным каким-то свирепым зверем. Моё сердце было разбито, когда я хоронила его.

Он махнул рукой, призывая меня следовать за ним. Я наконец посмотрела на учеников, сидевших на табуретах, рядом с каждым из которых находился его наставник. У Фэлкон в руке была игла, а на маленьком боковом столике возле неё стояла баночка с чёрными чернилами.

— Посвящение — это татуировка? — Я замерла возле Селин и Фэлкон. Я не хотела, чтобы на моём теле навсегда запечатлели что-то уродливое.

Вандер кивнул в сторону свободного места рядом с Селин.

— ЛОА — твоя татуировка посвящения. Она есть у всех нас. Садись.

Закусив губу, я села и принялась нервно дергать ногой.

— Это не так уж и больно, Эйсира, — объяснила Селин. — Если ты смогла принять удар коленом в лицо и подняться, то и с этим справишься. Кстати, тебе нужно спланировать месть за это. Он хладнокровно избил тебя на глазах у всех.

Она оглянулась через плечо, и я последовала за её взглядом к Морроу, который в данный момент разгуливал без рубашки и играл мускулами. Каким-то образом у него образовалась целая кучка поклонниц. Не все еще сели делать татуировку. Некоторые собирались группами, дожидаясь своей очереди.

— И он сделает это снова, если представится случай, — тихо сказала я. — Я не хочу мстить, и я не умею драться так, как вы все.

— Пока не умеешь, — Вандер сел на табурет передо мной и подтянул к себе столик с инструментами.

Меня волновала вовсе не боль. Не прошло и дня, чтобы я успела привыкнуть к новой жизни, а мне уже делают татуировку. Став частью ЛОА, вы остаётесь в ЛОА до самой смерти. Возврата домой действительно не было, что бы ни сделал Кейс или его отец. Только не после того, как мне набьют знак одной из них. Я подалась вперед, собираясь соскользнуть с сиденья, но Вандер прижал руку к моей груди, останавливая меня. Возможно, во мне заговорила старшая дочь, но я подавила желание отбить его руку и высказать ему всё, что думаю.

— Татуировку делают все, ты не исключение.

— Я думала, мне стоит получить её после того, как я пройду обучение, понимаешь? После того, как я стану ассасином, а не ученицей. А что, если я провалюсь? Вдруг я для этого не создана?