«Черт…»

Мгновение спустя из-под тела мерзости появились полупрозрачные щупальца, которые устремились вверх, нашли трещины в выветрившемся камне и потянули его к шее колосса.

…Где находилась когорта.

Должно быть, Меняющаяся Звезда что-то почувствовала, потому что в глубине ее глаз внезапно зажглись крошечные белые искры.

Санни положил руку ей на плечо и покачал головой.

— Не надо.

Каменный гигант или нет, но зажигать маяк посреди проклятого моря было не самой лучшей идеей. Теперь, когда он вырвался из пределов каньона, настоящие ужасы были на свободе. Как уже говорилось ранее, свет был их последним средством, которое они могли бы использовать только в том случае, если бы наступил момент, когда не оставалось другого выбора, кроме как сражаться всем вместе.

И нравилось это Санни или нет, но этот момент еще не наступил.

Неохотно нахмурившись, он отвернулся и сказал:

— Я сам разберусь.

…Гигантский угорь был его проблемой, которую нужно было решить.

«Да, это здорово и все такое. Но как же мне избавиться от этой твари?»

Посмотрев вниз, Санни подсчитал, что у него осталось около дюжины секунд, прежде чем настанет время действовать. Отвратительная мерзость медленно ползла к ним, взбираясь на туловище гигантской статуи с пугающей быстротой.

«Думай, думай…»

Несколько секунд спустя Санни подошел к Эффи и опустился на колени рядом с ней. Взяв охотницу за руку, он вложил что-то в ее ладонь и сказал:

— Ты чувствуешь, как колосс двигается вверх и вниз? Это его шаги. Мне нужно, чтобы ты начала их считать. Если я не вернусь через тридцать шагов, брось в ту сторону предмет, который я тебе дал, изо всех сил. Ясно?

Эффи кивнула ему. Ее обычный юмор исчез, сменившись мрачной решимостью.

— Хорошо. Что ж… пожелай мне удачи.

Охотница задержалась на мгновение, а затем сказала:

— Удачи.

Когда он уже был готов уйти, она вдруг схватила его за руку.

Санни остановился и поднял бровь.

— Что?

Эффи колебалась, прежде чем заговорить.

— Послушай, Санни… если… если ты умрешь… я могу забрать твои Осколки Души, верно?

Он уставился на нее на секунду, его лицо дернулось.

«Эта девка!»

— Ни в коем случае! Если я умру, все мои Осколки должны быть выброшены в море. Никто ничего не получит, понятно?

С этими словами он оставил когорту позади и подошел к краю качающейся каменной платформы.

«…Вот и все.»

Спрыгнув вниз, Санни скользнул к плечу гиганта и, ухватившись за трещину в камне, удержался от падения в бушующие волны. Справа от него плечо медленно двигалось, когда колосс взмахнул рукой. Слева от него извилистая каменная дорожка вела через грудь статуи к другому плечу.

Эта извилистая дорожка на самом деле была воротником туники гиганта, мастерски вырезанным из камня неизвестным скульптором. Ступив на нее, Санни с трудом удержал равновесие на качающейся скользкой поверхности и поспешил вперед.

Вскоре он оказался прямо над карабкающимся угрем. Мерзость была уже совсем близко, и Санни мог разглядеть каждую отвратительную деталь ее полупрозрачного гигантского тела.

«Что за черт! Почему все должно быть таким отвратительным?»

Мгновение спустя он вздохнул.

«Давай… попробуем это.»

Вызвав Проворный Шип, Санни стиснул зубы и порезал предплечье, размазав немного крови по лезвию куная. Затем он использовал всю силу своего тела, чтобы бросить кинжал вниз.

Проворный шип закрутился в воздухе и ударил гигантского угря прямо в то место, где должен был находиться его глаз. Санни не заметил на теле существа никаких органов зрения, но на деформированном человекоподобном черепе, скрывавшемся под плотью, именно там находилась глазница.

Кунай глубоко вонзился в голову монстра, вызвав небольшой фонтанчик багровой крови, вырвавшийся вверх. Конечно, такая маленькая рана была пустяком для существа такого размера. На мгновение все затихло.

…Затем сотни тонких щупалец внезапно вырвались из плоти угря и в хаотичном порядке устремились в сторону Санни, превратившись в полупрозрачную массу.

«Проклятье!»

Вынужденный отозвать Проворный Шип, чтобы не быть сброшенным с уступа, Санни бросился вперед. Мгновение спустя щупальца достигли его прежней позиции и врезались в камень, посылая в воздух осколки.

Санни продолжал бежать, зная, что щупальца были всего в секунде от того, чтобы пронзить его. Звуки разбивающегося камня раздавались прямо за его спиной, с каждым мгновением становясь все ближе и ближе. Проворный Шип снова появился в его руке.

Достигнув конца тропинки, когда бежать было уже некуда, Санни выругался… и прыгнул прямо в темноту.

Глава 230

Непростая битва

Угорь попытался поймать его, но опоздал на секунду.

— Черт!

Падая навстречу темным волнам, Санни бросил кунай в сторону руки каменного гиганта.

Вместо оружия колосс держал инструмент, похожий на молоток каменщика. Кунай изогнулся в воздухе и намотал невидимую нить на его девко.

«Сейчас будет больно!»

Санни погрузился в темноту. Мгновение спустя струна натянулась, и он со страшной скоростью пронесся по воздуху. Пролетая под колоссальным каменным кулаком, он почти коснулся ногами черной воды, но затем инерция потянула его вверх и в сторону.

После нескольких секунд невесомости Санни приземлился на голову молота и испустил дрожащий вздох. Не теряя времени, он вынул Проворный Шип и втянул его в руку, а затем зажал кинжал в узкой трещине на поверхности гигантского молота.

Приземлиться на него было одно дело. А вот остаться здесь… это уже совсем другое дело.

Колосс раскачивал руками, пока шел, так что Санни фактически оказался на вершине гигантского маятника. Мало того, что молот раскачивался взад-вперед, так еще и угол наклона поверхности, на которой он стоял, постоянно менялся, так что трудно было не слететь или не скатиться в бушующее море.

Почти стоя на коленях, Санни держался за кунай и пытался удержать себя от падения. Затем, его лицо стало бледным и мрачным, он поднял голову и посмотрел на угря.

— Я здесь, ты, склизкий червяк!

Мерзость на несколько мгновений замерла, раздумывая, стоит ли ей продолжать карабкаться вверх или последовать за звуком, издаваемым добычей. Наконец, она извернула свое длинное, отвратительное тело и переползла через плечо гиганта, сползая по его руке.

В сторону Санни.

«Давай, давай!»

Он надеялся, что его кровь подействует на гигантского угря так же, как и на Пожирателя Трупов. Оба были, предположительно, Падшими существами. Если один отравился до смерти Плетением Крови, то почему другой не может?

Санни порезался шипом не ради забавы.

…К сожалению, его кровь не оказала на угря никакого действия. Монстр продолжал преследовать свою добычу, не проявляя никаких признаков отравления.

«Значит… он не ядовит, на самом деле. Он просто разорвал пиявку изнутри, потому что глупая тварь проглотила целую кучу, а Плетение Крови наделило мою кровь странным свойством всегда притягиваться обратно к большей массе. Внутренности Пожирателя Трупов мешали, так что… Проклятье!»

Его надежды убить угря рухнули. Теперь Санни застрял на раскачивающемся молоте, а его единственный путь к спасению был перекрыт стремительно приближающейся мерзостью.

— Будь оно все проклято!

Отпустив кунай, Санни вызвал Осколок Полуночи и ударил по приближающемуся к нему тонкому щупальцу. Даже усиленное тенью, лезвие тачи не смогло разрезать плоть Падшего существа, и вместо этого просто отбило его.

«Нехорошо, нехорошо…»

У угря было два типа щупалец. Одни были толстыми, мощными и немногочисленными. Они использовались для того, чтобы толкать его массивное тело вперед и держаться за раскачивающуюся руку колосса.

Другие щупальца были тонкими, длинными и многочисленными. Именно от них Санни теперь приходилось уклоняться и бороться.

Чем ближе подходил угорь, тем больше щупалец нападало на Санни со всех сторон. Уклоняться от них, сохраняя равновесие на хаотично раскачивающемся молоте, было почти невыполнимой задачей.