Как только это произойдет, он умрет. Ведь проклятые неживые существа были не только бессмертны, но и неутомимы.

Как раз когда эта мысль появилась в голове Санни, из глубины туннеля на него набросилась новая волна скелетов.

Устало подняв меч, он стиснул зубы.

«Время для плана Б…»

В какой-то момент туннель, в котором они сейчас находились, на мгновение утонул в яркой волне чистого белого света. Оглянувшись через плечо, Санни заметил, что Нефис наконец-то вызвала свое пламя и направила его в лезвие своего меча — как и в тот день, когда они сражались с Демоном Карапакса.

Перед лицом ослепительного сияния раскаленного клинка скелеты, казалось, почти таяли.

«Идеальное время!»

Воспользовавшись мгновенной дезориентацией своих противников, Санни бросился назад и приказал Каменной Святой поменяться с ним местами. Когда они проходили мимо друг друга, он послал тень от своего тела на тело молчаливого каменного рыцаря.

Почти сразу же глаза Святой Тени вспыхнули угрожающим карминовым огнем. Ее кожа засияла темным сиянием, а из-под каменных доспехов, словно пляшущие языки пламени, появились клубы призрачного серого тумана. Непроницаемая тьма катакомб, казалось, стала еще глубже, обнимая ее, словно огромная черная мантия.

«Да, у меня тоже есть несколько трюков в рукаве…»

Секунду спустя Тень врезалась в существ, посылая в воздух осколки костей и отрубленные конечности. Она продолжила расправу над ними, переходя от одного к другому в изящном шторме тьмы и разрушения.

Заняв место рядом с Каем и Касси, Санни наконец-то смог отдохнуть несколько секунд. Его избитое тело кричало от боли, а серая ткань Савана Кукловода стала тяжелой от крови.

Когда два обладателя Божественных Аспектов почти одновременно активировали свои скрытые карты, когорта получила возможность перевести дух на несколько коротких мгновений. Однако было ясно, что это спокойствие не продлится долго.

Санни пока не хотел показывать все свои карты, но ситуация не оставляла ему выбора. Он сомневался, что сможет продолжать этот безумный рывок еще долго. Кроме того, остальная часть группы, занятая своими собственными проблемами с монстрами-нежитью, могла либо не заметить внезапного изменения, произошедшего с Каменной Святой, либо решить, что это просто ее способность.

Воспользовавшись случаем, Санни взглянул на состояние своих спутников.

…Оно было плохим.

Доспехи Меняющейся Звезды были побиты и порваны, кровь текла по ее правому боку. Щит Эффи выглядел так, словно был на грани разрыва, а ее белый хитон окрасился в красный цвет. Кастеру удалось сохранить некое подобие собранного вида, однако под одним из его глаз зияла глубокая рана, а лицо было окровавленным и мрачным.

У Кая дела обстояли не намного лучше. Он был бледен и заметно измотан, его русые волосы растрепались и намокли от пота.

…Санни даже не хотел думать о своем жалком виде.

Только Касси, чьи доспехи шестого уровня снижали вероятность нападения на нее врагов, выглядела более-менее нормально. Однако ее летающая рапира имела несколько заметных зазубрин на тонком лезвии и вообще выглядела усталой и удрученной… насколько вообще может выглядеть летающее оружие.

В общем, по их состоянию было ясно одно.

Если в ближайшее время ситуация не изменится, все они погибнут…

Ловко орудуя мечом, чтобы разрубить скелета, внезапно бросившегося на него из бокового прохода, Санни напряг легкие и крикнул:

— Эй! Эффи! Как далеко мы от выхода из этого проклятого места⁈ Когда же это закончится⁈

Отмахнувшись от собственного монстра-нежити, охотница коротко оглянулась и усмехнулась.

— В каком смысле «конец»⁈

«Что она имеет в виду? Разве это не очевидно?»

Повернувшись назад, чтобы сосредоточиться на орде врагов перед ними, Эффи крикнула:

— Какой конец⁈ Это была всего лишь разминка!

Глава 197

Последнее испытание

Санни выругался и приготовился к худшему. Через несколько мгновений короткая передышка, которую они получили, закончилась.

Со звуком, напомнившим ему шум несущейся воды, страшная волна монстров-нежити врезалась в их строй, угрожая разорвать его на части. Эффи приготовилась к удару и выдержала яростный натиск, каким-то образом сумев разделить волну на две части.

С одной стороны в поток скелетов бросилась Меняющаяся Звезда, ее раскаленный меч прорезал их, словно луч чистого солнечного света, пронзивший тьму. С другой стороны то же самое делал зачарованный клинок Кастера. Отпрыск клана Хань Ли двигался с поразительной скоростью, превращаясь в размытый вихрь призрачной зеленой стали.

Все, чего он касался, превращалось в пыль.

Санни взглянул на Кая и хриплым голосом произнес:

— Приготовься.

В следующее мгновение волна монстров настигла их.

Оставшись без утешительной защиты своей тени, Санни мог полагаться только на свои способности, хитрость и технику. Бросившись вперед, он столкнулся с первым скелетом. Его меч молниеносно пронесся по воздуху, и безголовый труп мгновенно упал к его ногам, слепо царапая когтями камни перед собой.

Санни никогда не сражался подобным образом. С самого первого дня на Забытом Берегу ему всегда что-то помогало противостоять ужасам Царства Снов — будь то тень, покров тьмы, Меняющаяся Звезда или Каменная Святая. Теперь же ему предстояло противостоять потоку Кошмарных Существ, не имея ничего, кроме собственного хрупкого человеческого тела… и решимости.

Это было высшее испытание чистого мастерства.

Стиснув зубы, Санни попытался вспомнить то ощущение ясности, которое он испытал после того, как Центуриона Карапакса одним ударом своей ужасающей костяной косы раздробил ему грудную клетку. Все ненужные мысли были вычеркнуты его волей, остались только две.

Убить своего врага.

Не дать врагу убить себя.

Используя эту ясность, он вошел в состояние потока. Его восприятие расширилось, впитывая каждую деталь и аспект происходящего в темном туннеле. Его мышление ускорилось, превращая окружающий их хаос в четкую и стройную картину причин и следствий.

Подключившись к основному закону всего этого, Санни смог быстрее реагировать на действия своих врагов и лучше их предсказывать.

…Сссссшимммм!

С шипящим звуком Осколок Полуночи разрезал воздух и ударил следующего монстра в грудь, разделив скелет по диагонали на две части. Не обращая внимания на поверженную тварь, Санни мгновенно бросился на следующего.

Его движения были плавными и непредсказуемыми, но в то же время приземленными и твердыми. Каждый удар, каждый шаг был рассчитан и эффективен, он стремился нанести максимальный урон, сохранив при этом как можно больше сил. Это было идеальное сочетание двух, казалось бы, противоречивых стилей боя, которые он изучал.

Так и танцевал Санни между бесчисленными монстрами-нежитью, разрубая мечом одного за другим. Осколок Полуночи не был ни невообразимо острым, как цзянь Кастера, ни наполненным уничтожающим белым пламенем, как сияющий длинный меч Неф. Однако он не поддавался и оставался несокрушимым. Сколько бы крепких костей ни перерубил тачи, на его лезвии не появилось ни единой вмятины.

Кровь струилась по телу, пот застилал глаза, мышцы были на грани разрыва, а легкие отчаянно требовали воздуха, но Санни каким-то образом поддерживал этот бешеный темп и боролся, боролся, боролся.

В какой-то момент он услышал яростный рев откуда-то впереди и, подняв голову, заметил, что Эффи отбросила свой побитый круглый щит и, наконец, призвала прекрасное бронзовое копье. С ним в руках охотница стала еще более смертоносной. Множество скелетов разлетелись в щепки, рассеченные широкой дугой древнего оружия.

Однако в то же время на теле Эффи стали появляться все новые и новые раны.

…Несмотря ни на что, дела у когорты шли не очень хорошо.

По крайней мере, так казалось некоторое время.

Однако в какой-то момент Санни заметил, что количество скелетов, атакующих когорту спереди, стало уменьшаться. Очень скоро Нефис, Эффи и Кастер получили несколько мгновений, чтобы время от времени перевести дух. Давление на него самого также уменьшилось.