«…Это Судьба для тебя, я полагаю.»

Слово, которое он перевел как «Демон», было не тем, которое используется для описания Кошмарных Существ третьего ранга, а другим.

Возможно, более подходящим было бы назвать его духом или демоном — смертным, но могущественным и зловещим божеством. Отличающееся от богов, но имеющее ту же природу. Однако Санни не был настолько сведущ в мистической терминологии. Он знал только, что рунический язык невероятно богат словами, описывающими все виды монстров и существ, а человеческий язык — нет.

Поэтому «Демон» его вполне устраивало.

Помимо дразнящего откровения о таинственном Ткаче, он заметил еще одну важную вещь, заставив себя изучать руны.

Раньше Санни считал, что существует некая сущность, которую Заклинание отказывалось называть по имени и просто описывало как '-неизвестный-", в результате чего он стал называть ее Неизвестным.

…Да, Санни не отличался богатым воображением, когда дело касалось выбора слов.

Были ли Неизвестный разновидностью существ, единым существом или силой природы, он не знал.

Но теперь он понял, что на самом деле существовало два типа запретных рун, и две вещи, которые Заклинание не умело или не хотело упоминать.

Одна из них была такой же, как и те, что использовались в описании Капли Ихора, где говорилось, что Мерзкая Птица Воровка ненавистна как богам, так и Неизвестному. Там также говорилось, что отражение Неизвестного навсегда застыло в глубине зрачков Ткача, и один лишь взгляд на него сводил Птицу Воровку с ума.

Другая была такой же, как и те, что использовались в описании Каменной Святой, которую создал «последний ребенок — неизвестного-„, а теперь здесь мертвый узник, назвавший Ткача первенцем “-неизвестного-».

«Что, черт возьми, все это должно означать?»

Его подозрение, что Ткач имеет отношение к созданию Кошмарного Заклинания, только усилилось после того, как он узнал, что он… она… это?… имеет отношение к сфере судьбы. Ведь заклинание, казалось, было соткано из множества нитей судьбы, и было это существо по имени Ткач, в жилах которого текла кровь богов, но которое также было как-то связано с Неизвестным.

Чувствуя, что головная боль только усиливается, Санни поморщился и покачал головой.

«Позже. Я подумаю об этом позже.»

Будет время поразмыслить обо всем этом позже. Или нет, если он умрет, пытаясь выбраться с Забытого Берега. В любом случае, время было не сейчас.

Повернувшись к прикованному трупу, Санни осторожно, стараясь не смотреть на опасные руны, опустилась перед ним на колени.

Он хотел узнать, что скрывается за маской.

Но как только он прикоснулся к ней, труп внезапно рассыпался и распался, превратившись в пыль прямо у него на глазах. Даже его темная мантия сгнила и исчезла, словно тысячи лет, прошедшие с момента падения Мрачного города и разрушения собора, наконец настигли его.

Вскоре от него осталась лишь груда пыли.

…И лакированная маска, лежащая поверх нее, черная поверхность которой слегка поблескивала в бледном свете призрачных факелов.

Глава 278

Маска Ткача

Санни смотрел на черную маску и тьму, скрывающуюся в ее глазах. Черты лица были не столько искажены, сколько страшны по своей природе. Он был одновременно грозным и мрачным, звериным и царственным. Как будто существовал на границе всего сущего.

Но больше всего эта поразительная маска излучала ощущение таинственности.

Злобные клыки, закрученные рога, черное лакированное дерево… И снова его интуиция молчала. Он ничего не чувствовал по отношению к черной маске, как будто ее и не существовало.

«Как странно.»

Санни подождал несколько мгновений, затем взял маску и поднес ее к лицу, чтобы рассмотреть поближе.

Но через мгновение после того, как его пальцы коснулись гладкой поверхности полированного дерева, маска внезапно распалась на рой бесчисленных белых искр. Подобно воде, поток света устремился к груди Санни и вошел в его тело, исчезнув в темных глубинах его Теневого Ядра.

Голос Заклинания внезапно прогремел, громче, чем когда-либо прежде:

[Вы получили Память.]

Несколько секунд Санни оставался неподвижным, размышляя о том, что только что произошло.

К этому времени он уже знал, что некоторые Воспоминания могут существовать вне Ядра Души, точно так же, как и Осколки Воспоминания.

Была ли черная маска одной из них? Почему-то ему казалось, что нет.

«Зачем я вообще гадаю? Давай… давай просто посмотрим?»

Причина, по которой он медлил, заключалась в масштабе ситуации. Санни ничего не знал о загадочной маске, но считал, что эта реликвия прошлого действительно необычна. Обстоятельства, приведшие к ее обнаружению, были слишком необычными, а место, где она была спрятана, слишком странным, чтобы думать иначе.

Поэтому он по понятным причинам опасался.

С некоторым напряжением Санни погрузился в свое Море Души и посмотрел на сферы света, плавающие вокруг черного солнца Ядра Теней. Там была новая сфера, которая казалась намного ярче остальных.

Вызвав ее, он вскоре обнаружил, что смотрит в глаза темной маске, которая висела перед ним. Казалось, что перед ним стоит невидимый человек. Неловко переместившись, Санни немного опустил взгляд и посмотрел под черное лакированное дерево.

Мгновение спустя ему пришлось подавить непроизвольное желание прикрыть глаза рукой.

Внутри черной маски семь сияющих огоньков горели с такой силой, что он едва не ослеп. Вокруг них неисчислимые бесплотные нити сплетались в такой огромный и замысловатый узор, что он казался безграничным.

«Семь огоньков… о боги!»

Ошеломленный видом заклинательного плетения маски, Санни немного замешкался и вызвал руны, описывающие его. То, что он увидел, заставило его сделать шаг назад и задохнуться.

Память: [Маска Ткача].

Ранг Памяти: Божественный.

Уровень Памяти: VII.

Тип Памяти: Инструмент.

Описание Памяти: [Ткач верил, что знание — источник силы, и поэтому всегда прятался за многочисленной ложью, нося ее как мантию. Никто не знал ни мыслей Ткача, ни его лица, ни его сердца. Даже боги не могли увидеть, что скрывается за маской.]

Зачарования Памяти: [Мантия Лжи], [???], [Простой Трюк].

Санни пришлось на мгновение отвести взгляд, чтобы перевести дух.

«Божественная память седьмого уровня… святая преисподняя!»

Слов не хватало, чтобы описать его изумление. Однако он был удивлен тем, что на маске было всего три зачарования. Санни ожидал, что у такой мощной Памяти их будут десятки, судя по тому, насколько безграничным и безумно сложным было ее плетение, их должно было быть как минимум столько.

Но что это были за три зачарования, для поддержания которых требовалось огромное количество алмазных нитей?

Вернувшись к рунам, он сосредоточился на чарах и стал читать дальше:

Зачарование: [Мантия Лжи].

Описание Зачарования: [Скрывает личность своего хозяина.]

Это описание звучало очень просто, но, глядя на плетение черной маски, Санни мог сказать, что это заклинание не простое. На самом деле, оно было настолько огромным и мощным, что его разум даже не мог постичь его масштабы.

Зачарование действительно было предназначено для защиты личности человека в маске от посторонних глаз, но на самом деле это означало, что любая форма обнаружения была бессильна против неё. И Санни подозревал, что «любая» в данном случае не фигура речи, а просто констатация факта.

Например, способность Аспекта Касси, которая позволяла ей видеть атрибуты человека, не сработала бы на человеке в маске. Среди Пробужденных было бесчисленное множество подобных способностей… и ни одна из них тоже не сработала бы.

«Наверное, это объясняет, почему моя интуиция молчала о пленнике и самой маске. Какое бы шестое чувство, связанное с судьбой, у меня ни было, оно также противодействует этой штуке.»

Еще более страшным был тот факт, что чары были направлены не только на Пробужденных. В описании Маски Ткача говорилось, что даже боги не могут видеть сквозь нее, и это была чистая правда. Ничто не могло проникнуть сквозь барьеры Мантии Лжи, даже взгляд бога.