И хорошо ещё, что первой шла группа Дома Ос Моон, а не его силы, потому что из целой сотни в более-менее удобоваримом состоянии осталась лишь треть! Остальные теперь требуют либо капитального ремонта, либо вообще годны только в переработку. «Недобитки» оказались очень уж злы и кусачи, а пленные в один голос уверяли, что приняли их за давно ожидаемую эскадру Аст Росса, что не снимало с них всей тяжести проступка.

«Недобитки» были окончательно разгромлены разозлёнными Великими Домами, все их пустотные объекты — уничтожены, а по имеющимся на некоторых планетах поселениям нанесли концентрированный орбитальный удар, выжигающий в этих полупиратах даже отголоски мыслей о сопротивлении… После чего поделили немногочисленные трофеи.

Самому Майло, в числе прочего, достался и кораблик этого Фарада, малый транспортник, сразу же «выкинувший белый флаг» и в боях не участвовавший. Не малый даже — сверхмалый, фактически, кустарная переделка старого корвета, упрощённая донельзя и донельзя же дешёвая, если смотреть по ценам рынка. В общем, мелочь, на которую не обратил особого внимания ни один из Великих Домов, да и сам Майло, в-принципе, узнал о нём случайно, просто перебирая от скуки список трофеев.

Диверсант. Именно так можно было охарактеризовать этот кораблик.

Его расширенный трюм был предназначен для перевозки готовых к старту беспилотников, да и, фактически, ими же и был загружен. Вот только беспилотники вместо привычного вооружения несли в себе торпедные боеголовки… Кустарщина полная, но кустарщина смертоносная. Торпеды всегда старались сбить всеми доступными способами, ведь их «правильный» подрыв любому кораблю грозил большими неприятностями, а беспилотники, особенно малые, оборонительные системы могли и пропустить почти вплотную, отдавая их на откуп орудий непосредственной обороны. То есть, при удачном стечении обстоятельств, груз этого «носителя» вполне мог вывести из строя даже сверх.

Какой уж сумрачный гений придумал подобное — неизвестно. Сам капитан-пилот этого корабля имени конструктора не знал, но знал, что тот жил и работал на одном из недавно уничтоженных клановых объектов. Уничтоженных вместе, похоже, со всеми чертежами и со всем производством, что было обидно.

Вот только диверсант этот был «одноразовым». Ни брони, ни скорости, ни манёвра, лишь только экранированный трюм, забитый смертоносной «мелочью». Начав массовый старт судёнышко подписывало себе смертный приговор. Но…

Но Майло найдёт правильное применение этому недоразумению!

27

— Значит, командир, всё? — поиграв желваками осведомился Минош.

— Получается, что так, Мин. — ответил Кот. — Прошла любовь…

На встречу с колонелем он летал сам, оставив Миноша с большей частью эскадры рядом с погибшим сверхом и взяв с собой лишь небольшое сопровождение и старый «связной» корабль. В планах было передать привезённые материалы, получить «точку», где находился один из отстойников и право туда доступа, вернуться к эскадре и уж только потом, всем вместе, идти за древними кораблями… Однако жизнь внесла в эти планы собственные коррективы.

— Не знаю, что там прошло, а что нет, но как по мне, то так даже лучше. — усмехнулся адмирал. — Я ведь каждый раз боюсь, что эти долбаные Хшары из добрых деловых партнёров снова в привычным всех Хшаров превратятся!

— Мин, я же тебе объяснял! — поморщился Кот. — Что ты опять начинаешь?

— Объяснял, да. Вот только никак у меня в голове баланс не сходился, все каким-то нереальным казалось, будто сплю. Кот, это же Хшары! А мы с ними вот так вот, запросто. Я до сих пор не понимаю, как это возможно. — признался Минош. — В общем, Кот, лучше пусть всё как раньше станет, так оно привычней. Да и корабли эти… Зачем они нам теперь? Вторую «Пуму» ты, как уже сам сказал, не найдёшь, а с остальными мороки больше, чем прибыли. Зул говорит, что рынки древностей вялые, в связи с последними событиями покупателей мало стало. В общем, больше минусов, чем плюсов.

— Ну, может и так. — согласился Кот. — Но всё равно обидно.

— Ничего! Обиду и пережить можно. — хмыкнул Минош. — А если у этих твоих «древних вояк», командир, что-то в их электронных мозгах перемкнёт, то мы не то что своей эскадрой, мы и целым Флотом сделать ничего не сможем! Сожгут, как онираньше всех жгли.

— Ладно, хватит разглагольствовать. — улыбнулся Кот. — Что там с транспортировкой?

— Да вот и не знаю теперь, командир: если «Грача» продолжать крепить — то часа на три ещё работы, а если не пригодившиеся тебе буксиры цеплять — то всё те же три часа, из которых час мы на демонтаж уже сделанного потратим. И что делать будем?

— Уже выполненную работу жалко. — поморщился Кот. — Столько ты с этим крепежом возились…

— Жалко. — подтвердил Минош.

— Вот тогда не и будем заниматься дурью, продолжим по плану. — кивнул своим мыслям Кот.

— Как скажешь, командир! — отозвался Минош.

— Ладно, мешать тебе не буду. Я к себе, сообщишь, когда будем готовы выдвигаться. — с этими словами Кот отправился в каюту, давно уже «зарезервированную» на «Граче» именно под него.

Но едва он успел раздеться и зайти в душ, как по кораблю раздались баззеры боевой тревоги, а динамики в каюте разродились криком и руганью Миноша.

— Командир, срочно на мостик! — орал адмирал, перекрикивая рёв баззеров.

— Что там⁈ — Кот, прыгая на одной ноге, никак не мог попасть во вторую штанину.

— … !!! — выругался Минош.

— … ! — ответил Кот.

— … !………!!! — добавил адмирал красок.

— Бегу! — отозвался Кот, кое-как справившись с непослушной одеждой.

Оказывается, если очень торопиться, то мостик сверха находился не так уж и далеко от жилых помещений! Уже через пару минут тяжело дышащий Кот уставился на тактический монитор, в который давно и неотрывно смотрел Минош.

— Что⁈ — выдохнул Кот, пытаясь оценить обстановку.

— Вот, вот и вот! — выделил Минош несколько областей с рассыпанными блёсками точек. — … ……! Похоже, зря я «как прежде» захотел, надо было хотя бы домой уйти.

— Кто? — спросил Кот.

— Хшары,…! — снова выругался Минош, чья речь в последние несколько минут напоминала больше «справочник любителя выражений», нежели обычное общение. — Их всё же переклинило!

— Уверен? — уточнил Кот.

— Общий канал на громкую! — вместо ответа распорядился адмирал.

— Хр-с-ш-хщ. Хр-с-ш-хщ… — поплыли по рубке «Хшаровские позывные».

— Всё, звезда. — напряжённо, но более спокойно высказался адмирал. — Не уйдём. Три группы всплыли, уже в боевом порядке к нам двигаются.

— Толмач наш где⁈ — дёрнулся Кот.

— Кто⁈ — не понял Минош.

— Эсминец тот, переговорный! Где он? — рявкнул Кот. — Сюда его!

— Здесь! — сориентировался адмирал. — Выдвигается к нам.

— Долго! — оценил Кот. — Бот мне! Навстречу ему пойду!

— Стой! Куда ты⁈ — зацепил его адмирал. — Мы на сверхе, может, шанс есть отбиться!

— Отцепись! — стряхнул его руку Кот. — Может, разговором обойдётся! Бот мне, срочно!!!

— … ! Бот к вылету! — распорядился адмирал, глядя в спину убегающему Коту. — … ! Надо было с эсминца этого связь к нам перемонтировать… Или свою такую же здесь собрать.

Мысль, конечно, была хорошей, вот только забыл Минош основную причину, по которой найденный когда-то в диком космосе старый эсминец оставался единственной связной ниточкой с этими «древними ужасами» и чья команда состояла всего из двух, одних из самых доверенных, человек: подобное «связное оборудование» было под запретом, и узнай о таком те же конки, то они не долго думая уничтожили бы и сам корабль, и его экипаж, да ещё и не побрезговали бы частой гребёнкой пройтись по всему личному составу эскадры, выясняя, кто смонтировал, кто знал, а кто просто догадывался. Глава КОНКОРДА, видимо, чего-то крепко опасался, если полунеофициально запретил древний язык и совсем официально установил запрет на использование такого вот оборудования, обязав нашедшего передавать всё первому встреченному патрулю. Кто-то эти запреты исполнял, кто-то игнорировал, но уличённым «прилетало» очень болезненно!