Историческая проза. Страница 95

Новый роман американской писательницы Энн Пэтчетт напоминает сказку братьев Гримм, разросшуюся до масштабов семейного эпоса. История главных героев, Дэнни Конроя и его сестры Мэйв, охватывает всю вторую половину XX века, а их судьбы оказываются роковым образом переплетены с Голландским домом – особняком на востоке Пенсильвании, когда-то принадлежавшим разорившейся династии нидерландских магнатов Ванхубейков. Сам по себе Голландский дом не населен призраками, но каждый, кто переступает его порог, в каком-то смысле становится призраком дома – куда бы он потом ни отправился, где бы впоследствии ни жил, повсюду носит с собой этот образ. У Дэнни и Мэйв только это и есть: безвременно ушедший из жизни отец, давным-давно превратившаяся в воспоминание мать, будто бы вышедшая из ночного кошмара мачеха и зловещий фамильный особняк. А также взрослая жизнь, которая все никак не начнется: проклятие детства, печать сиротства, невозможность разорвать однажды сформировавшиеся узы. «Голландский дом» – история о победе любви над злом. Победе, замешенной на потерях и во многом неочевидной, потому что в конечном счете читателю предстоит разобраться самому, на чьей он стороне и был ли здесь злодей. И если был – то кто?

1927 год. Прославленный британский археолог Уильям Питри обнаружил в Египте стелу с таинственными письменами. Не зная, как их интерпретировать, он вынужден скрывать свою находку. Меж тем конкуренты не дремлют. С каждым днем сэр Питри все больше убеждается, что за ним шпионит кто-то, желающий выведать местонахождение стелы и присвоить открытие. Ситуация еще больше усложняется, когда в деле оказывается замешана внучатая племянница Питри — маленькая Люси Голдинг. В этом романе известный автор исторической прозы Юлия Андреева выдвигает собственную версию событий, до сих пор волнующих учёное сообщество. Никто так и не знает, почему Уильям Питри, начав очередной этап раскопок в Египте, в 1927 году неожиданно бросил всё, чтобы начать археологические изыскания совсем в другом месте — в Палестине. Знак информационной продукции 12+

Томский бунт 1648 года оказался в одном ряду со знаменитым Соляным бунтом того же времени в Москве, восстаниями в Великом Устюге и Пскове. А началось всё с извета сына боярского Григория Подреза-Плещеева на воеводу Осипа Щербатого, арестовавшего Григория по челобитным томичей, в коих говорилось, что Подрез «завел у себя пиво и брагу и колмыцкой шар, именуетца табак, и продавал, и держал у себя блудных женок…». В Томск Григорий был сослан за колдовство в 1644 году по грамоте царя Михаила Федоровича, приказавшего «смотреть накрепко… чтоб он никаким воровством не воровал», а если нарушит сие указание, то бить батогами и держать в остроге. Но найдется ли указ для авантюрного характера Подреза… В настоящее издание также включен роман «Отпор», повествующий о Тарском бунте 1722 года. Павел Брычков — член Союза писателей России с 1991 года, лауреат Всероссийской литературной премии им. Д. Н. Мамина-Сибиряка, литературной премии им. М. С. Шангина и премии им. А. А. Дунина-Горкавича. Автор нескольких книг. Публиковался в журналах «Москва», «Сибирские огни», «Урал», «Богатство Сибири», «Литературный Омск», «Иртыш», «Литературный Кузбасс», «Тобольск и вся Сибирь» и многих других.

Повесть «Могусюмка и Гурьяныч» рассказывает о жизни Белорецкого завода после отмены крепостного права. Может, кого покоробит такое определение — «о жизни завода», но я не оговорился, потому что в понятие «завод» того времени, особенно на Урале, входило не только собственно производство в сегодняшнем смысле, заводом назывался и сам городок или поселок, и даже местность вокруг него, и был у завода свой особенный уклад жизни, и норма общественных отношений, и свой фольклор. То есть завод того времени — и кровь, и плоть, и духовная жизнь трудового человека. Завод в корне изменил и жизнь окрестных башкир. И повесть эта — о поисках народного счастья. О слепых попытках приблизить его, выливающихся в стихийный протест бунтарства, даже разбойничества. О дружбе русского и башкирского народов, прошедшей испытания еще в пору пугачевщины, о силах, пытающихся помешать ей.

Первый роман о Никите Мещерякове, приквел «Выбора чести» и «Лесных призраков», признанный лучшим в трилогии.…Возможно, вы знаете о его судьбе – схватки с немцами во Франции 40-го, подготовка в «Бранденбург 800»; знаете, какой Мещеряков сделал выбор между местью и честью. Возможно, вы знаете о боях в Белоруссии – но вам ещё многое неизвестно… О схватках на тотализаторе и конфликте с мафией, о встрече с дроздовцами и боевом крещении в Испании…Вам понравилось продолжение? Этот роман для вас!

Как ни полезно читать биографии замечательных людей, но тем не менее юные читатели не любят заниматься этим делом: оно для них скучновато. Автор этой книги очевидно хорошо знает это. Правда, он дает описания не всей жизни великих людей, а только их молодости, но и это описание у него отличается необыкновенною живостью и краткостью. Он берет два-три характерных эпизода, по которым можно с ясностью судить о выдающихся особенностях будущей знаменитости… Орфография и пунктуация приближены к современным нормам.  

Перенести столицу моды из Парижа в Нью-Йорк было заветной мечтой американцев. И все к тому и шло: за годы немецкой оккупации парижане отказались от красивых нарядов в пользу одежды практичной. Удастся ли возродить институт высокой моды? Молодая, энергичная журналистка Купер Хиткот уверена: ее друг, талантливый, но пока малоизвестный модельер Кристиан Диор, способен бросить вызов всему миру. Роман Мариуса Габриэля — ошеломительное и очаровательное знакомство с великим кутюрье, который не только создавал великолепные шедевры, но также умел дружить, любить и всегда мечтал о счастье.

Для младшего возраста.

Орфография и пунктуация приближены к современным нормам.

Современная цивилизация невозможна без нефти. Но история взаимоотношений человечества и "природной горючей жидкости из смеси углеводородов" насчитывает не одно тысячелетие. Расскажем об этих взаимоотношениях и их перипетиях вплоть до зари XX столетия, когда нефть начала становиться всем…

«Тобол. Мало избранных» – вторая книга романа-пеплума Алексея Иванова «Тобол». Причудливые нити человеческих судеб, протянутые сквозь первую книгу романа, теперь завязались в узлы. Реформы царя Петра перепахали Сибирь, и все, кто «были званы» в эти вольные края, поверяют: «избранны» ли они Сибирью? Беглые раскольники воздвигают свой огненный Корабль – но вознесутся ли в небо души тех, кто проклял себя на земле? Российские полки идут за золотом в далёкий азиатский город Яркенд – но одолеют ли они пространство степей и сопротивление джунгарских полчищ? Упрямый митрополит пробивается к священному идолу инородцев сквозь злой морок таёжного язычества. Тобольский зодчий по тайным знакам старины выручает из неволи того, кого всем сердцем ненавидит. Всемогущий сибирский губернатор оказывается в лапах государя, которому надо решить, что важнее: своя гордыня или интерес державы? …Истории отдельных людей сплетаются в общую историю страны. А история страны движется силой яростной борьбы старого с новым. И её глубинная энергия – напряжение вечного спора Поэта и Царя.