Жукам же «Пума» явно понравилась, иначе как объяснить то, что они продолжали её исследовать? Крейсер уже достаточно далеко отдалился от той, злополучной, кучи мёртвых кораблей, но ни одна особь Архов так и не покинула обшивку! Наоборот, они засуетились ещё сильнее, «суя свой нос» практически во все ниши!

— Ниже двадцать! — резко приказал отвлёкшийся на жуков Кот, в последний момент заметив пересекающий их курс обломок.

И, возможно, приказал слишком резко, так как пилот дёрнулся, заставив весь корабль вздрогнуть.

— Лево пять! Плавнее ход! — снова рявкнул Кот, заметив, что один из жуков, сорвавшись и нелепо перебирая в пустоте лапками, лапки эти поджал и выпустив из своей «хвостовой части» струю какого-то газа спикировал вниз, снова к обшивке, но уже гораздо ближе к двигателям!

— Сохраняю инерцию согласно приказа. — снова вздрогнул не понявший причин командного рыка пилот и… немного «поддал тяги».

За кормой «Пумы» закувыркался обожжённый горячим выхлопом жук, крайне для себя неудачно «нырнувший» прямо под один из двигателей, а остальные особи… Остальные резко оторвались от обшивки и рванулись обратно. Вот только что-то и как-то они «своим» передали, так, что аппаратура связи, работавшая на просеивание частот, никакого информационного обмена не зафиксировала, но над оставленной за кормой «кучей» поднялся целый жучиный рой!

— … ! — выругался Кот, резко переключая обзорные камеры «с себя» на общий доступ всем офицерам в рубке. — Полный ход!!!

58

— А вот этот подпункт я бы заменил. — указал Грас Толс на один из пунктов скомпилированного Кисом «Свода Законов». — Слишком мягко.

— Не согласен. — отозвался Кис. — Такое наказание всего лишь за намерение? Это слишком жестоко!

— За доказанное намерение. — в свою очередь возразил Грас Толс. — Ведь доказанное намерение вполне можно приравнять к действию, а то, что само действие так и не произошло, то это только потому, что превентивно принятые меры позволили действовать на опережение. Кроме того, это значительно укрепит власть!

— Мы здесь не за власть, а за порядок и справедливость! — возмутился Кис.

— Эх… Ты разве не понимаешь, что только при сильной власти будет порядок? — вздохнул Грас Толс. — Только при сильной власти Закон будет един для всех, а это принесёт и справедливость! Это же прописные истины!

— Согласен. — вынужденно согласился Кис. — Меняем. Но тогда придётся вносить коррективы тут, тут, и вот тут. И прописывать ещё несколько пунктов, исключающих двоякое толкование вот этого и вот этого параграфов.

— Согласен. — подтвердил Грас Толс.

— Тогда закрепляем и больше сюда не лезем? — внёс предложение Кис.

— Я даже не знаю… — засомневался Грас Толс. — Мы, всё же, не профессиональные юристы…

— Можно так сказать, что мы профессиональные ИскИны. — грустно пошутил Кис. — А в нашем состоянии и с нашими возможностями мы любому юристу фору дать можем.

— Да, это так. Эх-х-х… — вздохнул Грас Толс. — Я бы, наверное, сейчас всё отдал, лишь бы иметь своё тело и нормально жить… Когда я на оцифровку соглашался, то немного не так всё это представлял!

— У меня вообще выбора не было. — буркнул Кис. — Но и хорошо, что не было — иначе я вообще бы не появился…

Весь этот обмен мнениями длился не больше секунды: ИскИнам не было нужды облекать мысли в слова и ждать, пока собеседник, обуреваемый множеством мыслей и чувств, осмыслит его фразу и подготовит ответ. Почти мгновенная формулировка, почти мгновенная передача информации и почти мгновенный же ответ — были бы свободные мощности для расчётов!

Грас Толс оказался вполне адекватным «электронным человеком» и вполне опытным чиновником. Кис сумел выйти с ним на контакт, убедить, что его и командора намерения вполне серьёзны и включить выявленного оцифрованного в работу, поэтому сейчас они уже вдвоём «окончательно сбивали Свод Законов» и разбирали дела людей, жаждущих справедливого и беспристрастного решения.

Вот только Кис был немного рассеян, если можно применить это слово к электронному сознанию.

«Эйша. Эйша. Эйша!!» — билась в его оперативной памяти мысль, затмевающая все остальные.

И Грас Толс, только что, сам того не понимая, дал Кису пищу для дополнительных размышлений…

59

Жуков оказалось слишком много, гораздо даже больше, чем предположил Кот. Не «где десять-пятнадцать, там и тысяча-две», а целые десятки, а то и сотни, тысяч, сейчас планомерно «загонявших» крейсер!

Стоило прозвучать не уловленному человеческой аппаратурой сигналу тревоги, как буквально отовсюду взвились целые рои. Да, жуки не обладали выдающимися скоростными параметрами, да, «Пума» легко от них ушла, да и до сих пор уходила, но Архи обладали двумя весомыми тактическими преимуществами: численностью и координацией. Благодаря численности они перекрывали практически все возможные лазейки для бегства, а благодаря координации оперативно «затыкали» неизбежно образующиеся «дыры», поэтому бежать крейсеру было просто некуда!

Системы с имеющимися маяками и известными координатами остались «позади», там, за кормой корабля и за спинами жуков. Выбранное направление для бегства оказалось не слишком удачным, вот только далеко не факт, что, начни они разворачиваться, то смогли бы уйти. Вполне возможно, что, не рванись они на полном ходу, то сейчас и «Пума» бы пополнила собой груды остовов…

Кот давно бы отдал приказ «прорываться сквозь строй», ведь среди жучиной армады не имелось особей размером больше истребителя, но… Воспоминания о том, что Арховским «кислотным каплям» в целом было наплевать на все щиты, а всего одна такая «капля» легко могла вывести из строя маршевый двигатель, что привело бы к потере скорости и, как следствие, гибели всего корабля, приказ такой отдать мешали, а в то, что «кислотники» в этой армаде найдутся, сомнений не было

Жить хотелось, а становиться очередной «порцией корма» — нет, поэтому и бежала «Пума», то и дело пытаясь по дуге обогнуть участвующие в их «загоне» полчища и выйти на разгонную прямую. Но — нет, не позволяли им этого сделать. Архи действовали настолько слаженно, будто ими всеми управлял единый мозг, заранее купируя даже лёгкие намёки на возможный прорыв, а то, что видимые сканером «края жучьей сети» стали как бы загибаться внутрь, нервировало Кота всё больше и больше!

— Серж! Считайте прыжок! — решившись, Кот выделил одну из «безмаяковых звёзд», расположенную примерно по курсу нынешнего вектора движения корабля, чтобы не тратить время и не сильно гасить скорость на доворотах и маневрировании.

— Командор! — невозмутимость Ван Ультена едва ли не впервые дала сбой. — Это же… почти слепой прыжок!

— А у нас выбора нет! — громко, так, чтобы слышали его все, ответил Кот. — Назад — не пускают, да и не пустят. Здесь — только смерть. А так… А так есть хоть какой-то шанс. Считайте прыжок!

60

— Три… Два… Один… Выход. — проинформировал корабельный ИскИн.

Ни тряски, ни ещё какого вестника нештатного всплытия не было. Кот выпустил судорожно сжатые подлокотники ложемента, облегчённо выдохнув.

— Мы всё-таки сделали это! — радостно сказал он.

— Да, командор! — от голоса Ван Ультена так и веяло довольством: он лично, помогая штурману и ИскИну, участвовал в расчётах, стараясь учесть все нюансы.

— Позиционирование выполнено. Все системы запущены. — доложил ИскИн.

«Пума» всплыла даже не на окраине — за пределами системы, но и это было очень и очень близко по космическим меркам. Всего полтора часа лёта отделяло корабль от условной границы. И это было весьма хорошо, ведь могли выйти и в тех же «полутора часах лёта», но уже внутри, а уж там… Там, скорее всего, вышли бы просто по частям!

Уже на подлёте к системе встрепенулся навигатор.

— Имеются признаки обитаемости! — доложил он.

— Запуск БИПа. — приказал Ван Ультен. — Облёт, разведка!