— С чего вдруг такая уверенность в моём Фамильяре, Деймон? — цежу я сквозь стиснутые зубы. Одно лишь звучание её имени на его губах пробудило во мне желание убить кого-нибудь, желательно его самого. Медленно.

Его широкая ухмылка — идеальная мишень для моего кулака.

— Принюхайся, Нокс. Прекрасный отвлекающий манёвр для Селесты, не находишь?

В самом конце ряда беспокойно ёрзает Егор. На удивление молчалив, размышляю я.

Мой взгляд скользит по Бешеным, выстроившимся по краю ямы и образующим идеальный круг лицом к арене. По спине пробегает холодок паранойи, когда я оцениваю оружие в их руках. Бешеные всегда служили нам средством удержания контроля над низшими вампирами и примкнувшими к нам людьми. Но сейчас я даже не знаю, кому из Пятёрки они подчиняются и какие приказы отдали им их хозяева. Создание Бешеных оказалось под строжайшим запретом, как только мы осознали, к чему приводит каждая неудачная попытка обратить человека. И этот запрет действует до сих пор. Тот факт, что такое полчище было создано прямо под носом у остальных — это прямое проявление неуважения.

Я склоняюсь к отцу и шепчу:

— Ты уверен, что это безопасно? Здесь явно гораздо больше Бешеных, чем необходимо.

Прежде чем ответить, он прочищает горло.

— Что бы ты там себе ни надумал, я уже привожу в исполнение собственный план. Я хочу, чтобы твоя пара обрела такую силу, которая раз и навсегда лишит любого желания пойти против меня.

Я потрясённо распахиваю глаза.

— Она ни за что на это не согласится. Дэнни привыкла встречать проблемы лицом к лицу. Она терпеть не может терять контроль над ситуацией.

Его тихий смех прозвучал почти снисходительно.

— А кто сказал, что у неё есть выбор?

Внутри всё сжимается; я гадаю, в какой же, чёрт возьми, момент я так облажался. Моей главной целью должно было стать её спасение, но все эти откровения и искажённая правда совершенно сбили меня с пути. Я не могу позволить ей остаться здесь до конца года, пока Связывание не будет разорвано. От неё попросту ничего не останется, если она будет истощать себя так, как того желает отец.

Я перевожу взгляд на Дэнни. Она вытягивает ладонь к небу, полностью сосредоточившись на ней. В её руке вспыхивает шар пурпурной энергии — идеальный пульсирующий круг, искрящийся от концентрации. Но стоит ей перевести взгляд на меня, как фокус теряется, и энергетический шар с силой отбрасывает её назад с помоста. Она с грохотом приземляется на спину.

Я инстинктивно вскакиваю с места, чтобы броситься к ней на помощь, но рука отца тяжело опускается на мою ладонь.

— Не нарушай правила, сын. Никакого вмешательства, забыл?

Я опускаюсь обратно в кресло, костяшки пальцев белеют от бессильной ярости. Узы мечутся, требуя, чтобы я бросился к ней и убедился, что она в порядке. Вместо этого я делаю глубокий вдох и пытаюсь занять мысли чем-нибудь другим, чтобы отвлечься. Взгляд цепляется за неглубокий кратер, образовавшийся в том самом месте, где только что стояла Дэнни. Я хмурюсь и слегка склоняю голову; в мозгу начинает зарождаться и обретать чёткие формы одна идея.

На моих губах медленно расплывается ухмылка.

Похоже, способ вытащить отсюда Дэнни проще, чем я предполагал.

ГЛАВА 31

ДЭННИ

— Ой, вышло не по плану. — Я тру затылок, уже чувствуя, как от удара у основания черепа наливается шишка.

И как меня вообще так угораздило приземлиться? Могла бы и шею свернуть.

Повезло, наверное, что Фамильяры бессмертны.

Я поднимаюсь на ноги и стряхиваю пыль с голеней; песок противно липнет к голой коже. Мысленно проклинаю того, кто нарядил меня в эту дурацкую экипировку.

— И это, блять, всё, на что ты способна? Даже прицелиться нормально не можешь! — кричит Селеста со своего конца подиума.

Сучка. То есть, я понимаю, что это всё спектакль, чтобы завести толпу, но всё же.

— Что это за дешёвый боевик с убогими репликами? — кричу я в ответ, снова концентрируя энергию в руке.

Я сосредотачиваюсь на магии, клубящейся внутри меня, но она больше не кажется чем-то чужеродным, а скорее продолжением меня самой. Я делаю в точности, как советовал Джек: раскрываю ладонь перед собой и визуализирую — на этот раз куда увереннее, чем прежде. Тот факт, что мне вообще удалось придать силе осязаемую форму — уже победа, и я её принимаю. Я вытягиваю энергию из себя, направляя в ладонь, и чувствую, как крошечные частицы сплетаются воедино, превращаясь во что-то разрушительное.

В этот раз я не смотрю на Нокса. Возможно, именно в этом и была моя ошибка. Вместо этого я выталкиваю энергию вперёд, единым импульсом, который пронзает воздух, несясь прямо к Селесте. Но она слишком проворна и успела вовремя увернуться. Энергетический шар врезается в Бешеного, стоявшего у неё за спиной. Пурпурное пламя облизывает его зелёную чешуйчатую шкуру, прежде чем всё его тело рассыпается в прах.

Что ж, по крайней мере теперь я знаю, что убить их можно не только колом.

Селеста бросается на меня, возникнув словно из ниоткуда с чёртовым копьём в руках, которым орудует так, будто это её третья рука. Я уклоняюсь, но острое лезвие чиркает по левому плечу.

Чёрт, она ведь предупреждала, что пощады не будет, но эта стерва явно жаждет моей крови. Она кружится, как белокурый вихрь, поворачиваясь ко мне и принимая защитную стойку. Заметив, что я ещё не подготовила новую атаку, она с любопытством разглядывает мою кровь на наконечнике копья. В следующую секунду её лицо искажается, превращаясь в кошмарную тварь с нависшими бровями, чёрными провалами глаз, удлинёнными клыками и блестящими, словно живыми, волосами.

Ах, значит, вот как она решила. Ладно.

Я пячусь на пару шагов и снова пытаюсь призвать свою силу, но энергии кажется слишком мало, не так, как раньше. Когда я сражалась с Бешеными, я полностью отдалась ей, позволив магии самой вести меня к цели. Но сейчас связь словно оборвалась. Будто наткнулась на какой-то барьер.

— Я-то думала, твоя кровь окажется пурпурной, ведьма. — Селеста кружит вокруг меня широкими, кошачьими, расчётливыми шагами.

— Похоже, я не такая особенная, как все думают.

Я ещё шире раскидываю свои сети, пробиваясь сквозь землю и воздух в поисках той знакомой тяги силы. И наконец нахожу её — глубоко под засыпанной песком землёй, там, ближе к замку. Там она мощнее, но у меня нет времени гадать почему, ведь Селеста уже готовится нанести удар, вращая копьём так, словно мы на грёбаной тренировке мажореток. Я тяну изо всех сил, так быстро, как только могу, а эта неуловимая вибрация наконец обретает смысл благодаря парочке дельных советов от Джека.

В этот раз вместо шара я представляю дым. Селеста слишком быстра, а мне не хватает опыта для открытого нападения; к тому же я не хочу случайно подорвать её, как того Бешеного. Несмотря на все её недостатки, я не считаю Селесту плохим человеком. Эгоистичной? Бесспорно. Но такой участи она не заслужила.

Я опускаю взгляд и вижу, как моё намерение обретает форму. Густой пурпурный дым клубится от земли, окутывая меня странным защитным коконом, чем-то вроде силового поля. Селеста бросается в атаку в прыжке. Её копьё вонзается в дым, но не может пробить преграду. Под надёжной защитой я раскидываю руки и позволяю магии поглотить меня, струиться по венам от ног и до самой макушки. Острие копья с лязгом ударяется о невидимую преграду — звук металла о металл, удары учащаются по мере того, как Селесту всё больше выводит из себя её бессилие.

Ощущения, чёрт возьми, потрясающие! Лучше любого кайфа от крови Нокса. Теперь всё, что мне нужно — это удержать контроль.

С кряхтением, которое медленно перерастает в крик от того, как мои хрупкие человеческие кости противятся физической нагрузке, обрушенной на них магией, я выталкиваю дым от себя прямо в Селесту. Туман полностью поглощает её, закручиваясь в пурпурное торнадо, которое подхватывает её в воздух и отбрасывает прочь. До меня доносятся лишь вопли, пока бушующая стихия лишает её тело всякой силы. В панике я стараюсь твёрдо удерживать вытянутые руки, цепляясь за энергию, которая ускользает от меня слишком быстро, а это мне совсем не нравится.