Современная проза. Страница 320

Я работаю со словами и с молчанием. С невысказанным. С тайнами, сожалениями, стыдом. С невозвратным, с исчезающим, с воспоминаниями. Я работаю с болью вчерашней и с болью сегодняшней. С откровениями. И со страхом смерти. Всё это — часть моей профессии. Но если есть в моей работе что-то, что продолжает удивлять, даже поражать меня, что-то, от чего и сегодня, спустя десять с лишним лет практики, у меня подчас перехватывает дыхание, то это, несомненно, долговечность боли, пережитой в детстве. Жгучесть раны, не заживающей на протяжении многих лет. Горечь обиды, которая не стирается из памяти. Логопед Жером пытается помочь пожилой даме по имени Миша, которая день за днём теряет слова. Но покоя Миша не дает другое: она так и не поблагодарила супружескую пару, которая спасла ее в годы Второй мировой войны. Она даже не знает их фамилии, но просит свою воспитанницу Мари дать объявление в газету. Есть ли шанс, что Миша всё-таки сумеет найти этих людей и выразить свою... Подробнее: https://www.labirint.ru/books/752615/?

Молодой мужчина после несчастного случая теряет память, и теперь в его голове нет места воспоминаниям. А всё, что он узнаёт от окружающего мира, через несколько минут становится бесполезным. Но какие-то мимолётные озарения иногда посещают его уставший от беспамятства разум, не давая душе покоя. И вот в один солнечный день он решает найти клад, чтобы сохранить свою семью. И в этом непростом деле ему даже удаётся найти единомышленников…

  Изысканный филологический роман, главный герой которого – Георгий (Жорж) Андреевич Фелицианов, поэт и ученый, переживает весь ХХ век, от его начала до самого финала. Жорж – ровесник Юрия Живаго, они – представители одного и того же, «лишнего» для современной ушлой России поколения интеллигентов. Они – мостик от классики к современности, на свою беду, в искусстве они разбираются лучше, чем в людях и истории, которая проходит по ним красным колесом… Этот роман может стоять на одной полке с «Орфографией» и «Учеником Чародея» Дмитрия Быкова, с «Лавром» Водолазкина, с «Зимней дорогой» Леонида Юзефовича и в чем-то похож на «Виллу Бель-Летру» Алана Черчесова.  

Петербургский прозаик Дмитрий Горчев славен тем, что сращивает несоединимое: "высокую литературу" с "низким штилем", философию с бытовухой. И в новой его книге читателей ждут полюбившиеся парадоксы, такие жизненные - и в то же время такие необычные… Вот, например, название книги. Что это такое вообще — «Милицейское танго»? Уставное оно или для души? Танцуют его с начальством или где? А может, это давно искомое название для того самого щемящего чувства, которое возникает в тишине после того, как кто-то скажет полушепотом: «Милиционер родился»... И правда ведь — как будто танго заиграло. Слышите? Иллюстрации Дмитрия Горчева. Рассказы публикуются с сохранением авторской орфографии.

Чарльз Хилл. Легендарный детектив Скотленд-Ярда, специализирующийся на розыске похищенных шедевров мирового искусства. На его счету - возвращенные в музеи произведения Гойи, Веласкеса, Вермеера, Лукаса Кранаха Старшего и многих других мастеров живописи. Увлекательный документальный детектив Эдварда Долника посвящен одному из самых громких дел Чарльза Хилла - розыску картины Эдварда Мунка "Крик", дерзко украденной в 1994 году из Национальной галереи в Осло. Согласно экспертной оценке, стоимость этой работы составляет 72 миллиона долларов. Ее исчезновение стало трагедией для мировой культуры. Ее похищение было продумано до мельчайших деталей. Казалось, вернуть шедевр Мунка невозможно. Как же удалось Чарльзу Хиллу совершить невозможное?

— Госпадябожемой! Убейте меня кто-нибудь! — взывает к кому-нибудь мое измученное тело. Я падаю на кровать в нашей спальне. Закинув за голову руки, тихо мотаю ею из стороны в сторону, посылая свое беззвучное «Н-Е-Е-Е-Т» в безграничные просторы вселенной. Мы полчаса как переступили порог ставшей мне почти родной квартиры. Я только-только упал на скучавшую без нас кровать, настроился на отдых, тишину, относительный покой. И на тебе, с места в карьер!

Он даже не мог определить, что шокировало больше: то, что Том сидел за них двоих, или то, что у него не было другого парня. Но не это сейчас сводило с ума. Возмущал тот факт, что его обманули, решили что-то за него. Он чувствовал себя как никому не нужный слепой котенок, которого швырнули в воду, чтобы, якобы из милосердия, избавить от боли и страданий будущей беспризорной жизни на улице.

Кто-то ждет принца на белом коне. Кто-то - рыцаря в сияющих доспехах. А он не ждал уже никого. Может, зря?

От слов «Я маленькая, черненькая и очень хорошенькая. Мне нужен друг, которого я буду любить преданно и верно. Я буду всегда встречать его радостно и весело. А за конфетку я даже готова постоять на задних лапках!» до слов «Не будите во мне начальственного зверя. Он и так не высыпается» всего один шаг, одна женская судьба, одна смешная, романтическая или грустная история. В юности нам кажется, что тридцатилетний рубеж – ворота в старушечью обитель. А ведь тут-то как раз и начнут кипеть настоящие страсти! В лифте бушует педагогическая поэма, в дверь ломятся влюбленные сантехники, бухгалтерский отдел превращается в брачное агентство, а нелепая соседка-сплетница оказывается вдруг ангелом-хранителем… Ведь жизнь самого обычного человека – это чудо, удивительное и неповторимое!Ранее книга издавалась под названием «Сарафанное радио и другие рассказы от первого лица»