Жанры книг

Современная проза. Страница 322

Сортировать как: по популярности

Красивая дочь, ружьё, лопата, алиби - Назарова Ольга
Красивая дочь, ружьё, лопата, алиби
Никто, кроме тебя - Дин Яна
Никто, кроме тебя
Он - мой телохранитель. Он спас меня от врагов, заставил поверить, довериться и подпрыгивать сердце при одной мысли о нем. Но, что, если вскоре, это сердце разобьётся вдребезги? От него не останется ничего, кроме ненависти и безвыходности? От меня не осталось ничего.Убегая от бездны внутри, я попала в лапы чудовища. Его душа оказалось такой же чёрной, как эти бездонные глаза. Я утонула. Но вы слышали, что утопающий всегда тянет за собой кого-то?Так вот, в этой бездне мы окажемся вместе.
Рождение звука - Паланик Чак
Рождение звука
На солнечной стороне улицы - Рубина Дина Ильинична
На солнечной стороне улицы
…для любого сколько-нибудь тревожного человека родной город… – нечто очень неродное, место воспоминаний, печали, мелочности, стыда, соблазна, напрасной растраты сил.Франц Кафка. Письма к фройляйн Минце Э.
Ясновидец Пятаков - Бушковский Александр Сергеевич
Ясновидец Пятаков
Александр Бушковский родился и живёт в Карелии. Автор четырёх книг прозы. Финалист премии «Ясная Поляна» (сборник «Праздник лишних орлов») и лауреат Национальной премии им. Валентина Распутина (роман «Рымба»). Гаврик, герой нового романа «Ясновидец Пятаков», получает неожиданный дар слышать мысли других людей и транслировать без слов свои. Неведомым образом ему удалось установить связь с чем-то запредельным, и теперь он словно бы пытается предупредить тех, кто его слышит, что за спиной обрыв и оглянуться нельзя – засосёт и утянет за край…
Music fight, или Музыканты тоже люди - Ягушинская Вероника
Music fight, или Музыканты тоже люди
Вальс деревьев и неба - Генассия Жан-Мишель
Вальс деревьев и неба
Русские читатели познакомились с этим автором, когда Ж.-М. Генассия опубликовал свою первую книгу «Клуб неисправимых оптимистов», которой французские лицеисты присудили свою Гонкуровскую премию. За «Клубом…» последовали «Удивительная жизнь Эрнесто Че» и «Обмани-Смерть», укрепившие его репутацию великолепного рассказчика. Новый роман писателя «Вальс деревьев и неба» посвящен последним дням жизни Винсента Ван Гога, когда были созданы потрясающие, взрывающие пространство и сознание картины. Что на самом деле произошло жарким летом в Овере? Действительно ли художник — «широкоплечий цветущий мужчина с улыбкой на лице» (так его описывает жена Тео Ван Гога Йоханна) — покончил с собой? Жан-Мишель Генассия дает свою версию событий, где легкой тенью скользит застенчивая девятнадцатилетняя девушка по имени Маргарита. Впервые на русском!
Эх, шарабан мой, шарабан… - Рубина Дина Ильинична
Эх, шарабан мой, шарабан…
Ее называли Маша-шарабан, по известной кабацкой песне, которую лучше нее никто не исполнял: «Ах, шарабан мой, эх, шарабан мой, не будет денег, тебя продам я…» Действительно, из тех ловушек, что расставляет нам судьба, можно вывернуться, выкрутиться. Продав ли шаль, сережки, шарабан («Медальон») или… отказавшись от любви, призвания, жизни («Туман»). Но обыграть судьбу невозможно. Ровно через семь лет счастливого супружества, как и предсказывала гадалка, погибает Миша («Заклятье»), всю оставшуюся жизнь вынужден мучиться непоправимостью ошибки Давид («Бессонница»). Но судьба переменчива. Отбирая одно – дает другое. Не важно, что ты этого не просил. Судьба не Дед Мороз, чтобы исполнять желания! Зачем-то ниспосланное ею тебе нужно («Высокая вода венецианцев»). Оглянись и подумай!
В конце они оба умрут - Сильвера Адам
В конце они оба умрут
Однажды ночью сотрудники Отдела Смерти звонят Матео Торресу и Руфусу Эметерио, чтобы сообщить им плохие новости: сегодня они умрут. Матео и Руфус не знакомы, но оба по разным причинам ищут себе друга, с которым проведут Последний день. К счастью, специально для этого есть приложение «Последний друг», которое помогает им встретиться и вместе прожить целую жизнь за один день. Вдохновляющая и душераздирающая, очаровательная и жуткая, эта книга напоминает о том, что нет жизни без смерти, любви без потери и что даже за один день можно изменить свой мир.
Мемуары белого медведя - Тавада Ёко
Мемуары белого медведя
Гомо сапиенсы не созданы для борьбы, так что им следовало бы брать пример с зайцев и косуль и учиться у них мудрости и искусству бегства. Но они любят борьбу и войну. Кто сотворил эти глупые создания? В своем сюрреалистическом романе Тавада предлагает нам неожиданный взгляд на наш мир и историю, размышляет о правах человека и правах животных, а также о том, что определяет быть человеком или животным. Цирк, театр, зоопарк, СССР, Канада, ГДР, редакция литературного журнала, прием у бургомистра — где только ни побывали ее герои — три поколения белых медведей!
Сон-трава. Истории, которые оживают - Воздвиженская Елена
Сон-трава. Истории, которые оживают
Ты всегда думал, что мир вокруг тебя это лишь то, что ты видишь глазами или можешь потрогать? А если я расскажу тебе, что есть и иной, особый мир – изнанка, которая открывается не каждому, оборотная сторона…Тропинка, убегающая в туман, приведёт тебя в то место, где начинаются удивительные истории. Следуй за мной, мой друг…
Вкус страха - Бейтс Джерими
Вкус страха
Брак преуспевающего гостиничного магната Сэла и известной молодой актрисы Скарлетт трещит по швам. Чтобы перечеркнуть прошлые размолвки и начать жизнь «с чистого листа», они отправляются в экзотический тур в Восточную Африку. Но Сэл не знает, что по его следам идет киллер, нанятый одним из обманутых партнеров по бизнесу. Убийца почти достиг своей цели, но… атака террористов «Аль-Каиды» на американское посольство в Дар-эс-Саламе приводит к тому, что Скарлетт с мужем берут в заложники и увозят на секретную базу боевиков в самом сердце девственных джунглей. Лоск цивилизации сходит очень быстро. В течение последующих дней пленники озабочены лишь одним — выжить любой ценой. Хищные звери и крокодилы, ядовитые пауки и жалящие насекомые: настоящие тропики — не глянцевая картинка из туристического буклета. Но главная опасность — это, конечно же, люди. И не только религиозные фанатики, но и те, кто будет не прочь увидеть на обеденном столе твою поджаренную ногу…