— Куда же я без тебя денусь! — усмехнулась Арина, поставила сумку на лавку и обняла подбежавшую Аньку. — У нас, как я посмотрю, уже стало доброй традицией провожать меня, надо придерживаться её. Молодец! Сейчас мне очень важна поддержка. Я на самом деле очень рада видеть тебя.

— Я тоже рада! — деловито сказала Анька. — Желаю тебе, Люська, выиграть все медали на свете! Пусть сбудутся самые лучшие мечты на это соревнование! А мы здесь будем в школе болеть за тебя! Всем болельщицким сообществом под моим руководством! И желать, чтобы тебе набросали побольше игрушек и фломастеров с альбомами! И краски пусть бросят! Очень много пусть всего бросают!

— Эммм… — замялась Арина. — Ну, надо признать, я не контролирую болельщиков, чтобы они дарили больше, и вообще…

— Аня, здравствуй! — с удивлением сказала Дарья Леонидовна, вышедшая с Александром Тимофеевичем из подъезда. — Ты погулять вышла?

— Нет! — с большой важностью сказала Анька. — Я Люсю вышла проводить! У нас это традиция! Чтобы бросали больше игрушек!

— Ну, раз традиция, можешь поехать прямо с нами! — заявила Дарья Леонидовна. — Мы потом тебя обратно привезём.

— Ура! Ура! Ура! — закричала Анька, запрыгала и захлопала в ладоши. — Я поеду провожать Люську! Я ей помогу вещи дотащить!

— Увы, пардонствую… — усмехнулась Арина. — За своими вещами я слежу сама, это тоже традиция. В аэропортах и гостиницах никто их за меня таскать не будет.

Потом все сели в машину и поехали в центр, в ДЮСШОР-1. Субботнее утро, народу на улицах мало, так же как и автотранспорта, и добрались относительно быстро. Пока ехали, Арина смотрела в окно машины, на пробуждающийся город, и словно чувствовала, что сейчас его жители провожают её на соревнование, пусть и неосознанно…

Впрочем, были и такие горожане, которые провожали вполне осознанно… У хорошо знакомого красного Икаруса, принадлежавшего Уралвагонзаводу, и который должен был везти Арину с Левковцевым в Свердловск, стояла целая толпа народу. Кого здесь только не было! Во-первых, вся секция фигурного катания бросила тренировки и пришла проводить её, чем вызвала у Арины большое смущение, ведь она-то в точно такой же ситуации так и не вышла к своим одногруппникам, которые выезжали на соревнования и стояли у автобуса. Она в это время с Тарасовой занималась хореографией, и отпроситься у неё, чтобы проводить одногруппников, так и не решилась.

Вдобавок здесь же находилось большое количество учащихся из ДЮСШОР-1, причём из самых разных секций, и никого из них Арина не знала. Но тем не менее, ребята при её виде громко закричали и замахали руками. Они пришли проводить Люду! Их родную чемпионку!

— Люда! Люда! Ты лучшая! Чемпионка! Желаем тебе только победы! — закричали ребята и захлопали в ладоши.

Рядом с группой провожающих стояли Редькин, Каганцев, Левковцев и Виктория. Увидев Арину, выходящую из машины, радостно улыбнулись.

— Вот видишь, Люда, как тебя ребята любят, многие провожать пришли, — заявил директор школы. — И я пришёл провожать, как же тебя одну в дорогу отпустить. Здравствуйте, товарищи Хмельницкие! Вот… Пришли всем коллективом проводить в дорогу вашу дочь!

Когда Арина подошла к автобусу, и поставила сумку на землю, к ней сначала подошла Виктория, обняла и пожелала прекрасно выступить, потом Каганцев, а после этого стали подходить все присутствующие. Все обнимались, хлопали по плечу, желали золотой медали. Арина неожиданно почувствовала, как в уголках глаз намечаются слёзы. Она вдруг ощутила, что очень дорога и желанна всем этим людям, которые сейчас составляли значимую часть её здешнего мира. И как вообще можно разрушить их чаяния? Придётся выкладываться на все сто!

Потом Арина, изо всех сил сдерживая слёзы, попрощалась с родителями, с Анькой, вообще со всеми, взяла свою громадную спортивную сумку и вместе с Левковцевым и Редькиным вошла в автобус. Икарус посигналил на прощание и, включив фары, выехал с парковки. Провожающие с большим удивлением заметили две машины ГАИ, стоявших недалеко от спортивной школы, одна из которых тронулась с места и заняла место перед автобусом, а другая заняла место после него. Люське, как какой-нибудь знаменитости или партийному деятелю, городской совет народных депутатов города Екатинска единогласно выделил машины сопровождения. А что… Заслужила…

Глава 4

Нагоя и Москва

Когда сонная Арина наблюдала за проносящимися в окне «Икаруса» уральскими горами и лесами, в Японии, городе Нагоя, на катке «Сендай Айс Ринг» происходили очень увлекательные события. Главный тренер сборной команды Японии по фигурному катанию госпожа Матико Ямада, одетая в строгий чёрный костюм со значком Федерации фигурного катания Японии на правом лацкане пиджака, стоя у бортика, внимательно наблюдала за своей основной ученицей: трёхкратной чемпионкой Японии Мидори Ито. Подготовка к Скейт Америка 1986 вышла на финишную прямую. Сейчас стало очевидно, что тройной аксель Мидори прыгнет с высокой степенью надёжности.

Вот и сейчас ученица упорно, раз за разом штампует прыжки: тройной аксель, тройной лутц, тройной риттбергер, тройной сальхов, тройной тулуп, тройной флип. Она владеет всеми тройными прыжками, с этим проблем нет, а вот с каскадами… К сожалению, каскады 3−3 с лутцем и флипом пока ещё были Мидори недоступны. Ну что ж, придётся работать с тем, что есть, а из 3−3 имелся в наличии только тулуп-тулуп.

— Мидори-сан! — крикнула госпожа Ямада. — Можно вас на пару минут?

Ученица, которая была младше тренера почти в три раза, но которую, тем не менее, госпожа Ямада всегда называла на вы и обязательно с уважительным суффиксом «-сан», прервала тренировку и подъехала к бортику, осторожно затормозив, чтобы не рассыпать снег в стороны. Остановившись, внимательно посмотрела на наставника и почтительно кивнула головой, выражая полное внимание и повиновение

— Сегодня у нас последний день тренировки, — заявила почтенный тренер. — Завтра вечером мы вылетаем в Америку. Вылетим заранее, чтобы было время на акклиматизацию. Все документы у меня на руках. А сейчас…

Госпожа Ямада задумалась. Времени на тренировку осталось совсем немного, буквально 10 минут.

— Сейчас давайте последний раз исполним произвольную программу со всеми положенными элементами.

— И с тройным акселем? — почтительно спросила Мидори Ито.

— Да, в том числе и с тройным акселем, — кивнула головой госпожа Ямада. — Это единственный способ пройти через русских и североамериканок.

Мидори Ито согласно кивнула головой и быстрыми перебежками покатила к центру арены, где заняла стартовую позу.

Госпожа Ямада излишних надежд не питала. Она прекрасно знала слабые стороны своей ученицы и понимала, что соревнование предстоит очень сложное, с самыми сильными спортсменками Старого и Нового света, лёгкой дороги тут нет…

Взгляд уважаемого тренера случайно наткнулся на старый номер «Нью-Йорк Таймс», на передовице которого была статья хорошо известной спортивной журналистки Габриэлы Рубио, которая много писала о фигурном катании, особенно о советском. Последняя её статья была о группе тренера Владислава Сергеевича Левковцева и о далёком городе Екатинске, в одной из спортивных школ которого занималась чемпионка мира среди юниоров Людмила Хмельницкая, которая уже успела два раза обидеть её спортсменок: первый раз юниорку Юкико Кашихару на юниорском чемпионате мира в Любляне, второй раз Мидори Ито на Небельхорн Трофи. Статья была очень интересная и познавательная. Габриэла сама лично ездила в самое сердце Советского Союза, на далёкий холодный Урал, где стала свидетелем удивительных вещей.

В основном статья была о тренировках группы советского специалиста. Очень досадно, что о технической части, как именно тренируется Хмельницкая и проводит общефизическую подготовку с ледовой тренировкой, журналистка не написала. Упомянула лишь вскользь о полусамодельных снарядах и тренажёрах, которые им сделал по заказу какой-то местный завод. Как и ожидалось, журналистка большую часть статьи посвятила хореографической и артистической подготовке, подробно написала о поразительном ледовом спектакле, поставленном буквально на коленке, за пару дней, силами всей тренировочной группы. Указывалось, что в постановке спектакля участвовали все, от мала до велика. От детей, которые едва стоят на коньках, особенно о некой Анне Фроловой, до мастера спорта международного класса Людмилы Хмельницкой, чемпионки СССР и чемпионки мира среди юниоров, которая выступила главным режиссёром спектакля.