На ледовой арене вместе с несколькими юниорами катается чемпионка Канады Элизабет Мэнли, 20-летняя блондинка небольшого роста, причёской и телосложением слегка похожая на Марину Соколовскую. Более того, человек, нечасто бывающий на соревнованиях по фигурному катанию, легко бы спутал их, если смотрел невнимательно. Элизабет Мэнли каталась также быстро, хлёстко, по-спортивному. И точно так же была заточена на победу.
У бортика за прокатом ученицы внимательно наблюдают тренеры: мужчина и женщина лет пятидесяти, в спортивных костюмах, по подтянутому виду которых можно догадаться, что это бывшие фигуристы. Тренеры, супружеская пара Питер и Соня Данфилд, очень известные и уважаемые люди в мире фигурного катания не только Северной Америки, но и мира. Несмотря на то, что катались они ещё в далёкие 1950–60-е годы, и на тренерскую работу перешли ещё в конце 1960-х, всегда были в курсе новых мировых веяний в своём виде спорта. На тренерском поприще они идеально дополняют друг друга: Соня — энергичная, взрывающаяся, техничная зажигалка, знающая о технике фигурного катания всё, Питер — спокойный флегматик, с коммерческим талантом и выученный прекрасной хореографии, которую легко передаёт ученикам.
Их сотрудничество с Элизабет Мэнли, которую они взяли к себе в группу после череды провалов и приостановки карьеры, сразу же увенчалось успехом: Лиз стала чемпионкой Канады и бронзовой медалисткой чемпионата мира. Да и сейчас она только набирает ход. Чисто и надёжно прыгает каскад тройной сальхов — двойной риттбергер, тройной сальхов — тройной тулуп, абсолютно чисто получаются тройные сальхов, тройной тулуп, двойной аксель, двойной флип, двойной риттбергер. С невысокой степенью надёжности прыгает тройной лутц и тройной риттбергер. Ещё недавно этого прыжкового набора хватало, чтобы побороться за медали чемпионата мира, а сейчас… Опять этот злополучный номер Нью-Йорк Таймс и большая статья о Людмиле Хмельницкой, чемпионке СССР среди юниоров и чемпионке мира среди юниоров прошлого года.
Статья была написана в хвалебных тонах, подробно описаны прыжки и каскады, которыми обладает советская фигуристка, которая только сейчас начинает покорять фигурнокатальный Олимп, но уже считается большим талантом, и это вызывает опасение и досаду. Похоже, ещё одной сильной фигуристкой-конкуренткой в мире стало больше.
Лиз ещё не пересекалась с Хмельницкой, и вскоре, буквально через 5 дней, состоится их очная встреча. Сможет ли Лиз обойти советскую фигуристку? Вопрос сложный. А ведь и без неё на соревнованиях будут участвовать сильнейшие фигуристки планеты, пожалуй что, только без Катарины Витт из ГДР. Впрочем, через 2 недели они столкнутся лично на Скейт Канада. Так что будущий месяц предстоял очень сложным во всех отношениях. Надежду внушало лишь то, что Лиз сейчас выходила на пик формы и последние целиковые прокаты выдались абсолютно чистыми.
— Так, внимание всем! — хлопнула в ладоши Соня Данфилд. — Все к бортику! Лиз! Ты размялась?
Элизабет Мэнли подкатила к бортику, остановившись и слегка сыпанув льдом, и внимательно стала слушать тренеров.
— Катаем снова короткую программу, — распорядилась тренер. — Со всеми элементами и прыжками.
Элизабет внимательно посмотрела на тренера, согласно кивнула головой и покатила к центру арены, которую как раз освободили одногруппники. Осталось только включить музыку…
… Арина вышла из автобуса и внимательно осмотрела окрестности. Остальные пассажиры, вышедшие из автобуса, последовали её примеру. Пейзаж вокруг великолепный и необычный. Автобус стоял у массивного входного портика, опирающегося на четыре колонны, отделанных гранитом, под которым находился вход в отель: громадные стеклянные двери. У каждой колонны в большом горшке красивая пальма.
По всему первому этажу главного корпуса гостиницы тянулся ряд громадных окон, за которыми виден обширный вестибюль. Гостиница, несмотря на шесть этажей, кажется громадной и давит своим размером: потолки явно метра 3, не меньше. На этажах большие окна, через которые виден красивый интерьер. Перед главным корпусом обширная стоянка, занятая автомобилями, которые расположены ровными рядами, каждый на своём месте, очерченном белой краской. Асфальт ровный, как стекло, и заходящее солнце, кажется, отражается в нём.
Несмотря на конец октября, на улице тепло, по-видимому, сказывается близость тёплого океана, вокруг отеля много травы и зелени. Погода получше, чем в Москве, и даже на деревьях ещё зелёные листья. Перед отелем обширная клумба, на которой очень много цветов и других растений. Кусты и деревья тщательно подстрижены и выровнены, трава на газоне аккуратная и мелкая, которой позавидовало бы любое футбольное поле. Вдоль стен отеля, как на выставке, расположено множество больших горшков с различными красивыми экзотическими растениями и цветами.
Советские фигуристы и тренеры с большим удивлением разглядывали непривычный ландшафт, потом, когда все вышли и водитель открыл багажный отсек, взяли свои пожитки и один за другим направились в громадные стеклянные двери, которые открыли два швейцара, молодых парня в багровых фирменных фраках, цилиндрах и белых перчатках. Парни приветливо улыбались и жестами рук приглашали войти внутрь.
— Ребята, заходим на регистрацию и получаем ключи от номеров, — заявил товарищ Шмутко. — Заселяемся в номера, потом через полтора часа, в 19:00, в актовом зале этого отеля состоится предварительное собрание участников турнира, где нам расскажут план мероприятий на ближайшие дни. Так что не теряемся, не хотелось бы искать вас.
Фигуристы друг за дружкой направились к стойке ресепшена, где уже скопилась порядочная очередь из иностранцев, которые не глазели по сторонам, а по привычке быстро прошли для регистрации. Положив свои вещи в кучу, представители советской делегации встали в общую очередь, попутно оглядываясь по сторонам и оценивая окружающую обстановку. Что сказать… Обстановка в корне отличалась от той, к которой они были привычны. Про отделку даже и говорить нечего: она самая современная, какую увидишь только в заграничных фильмах, в которых герои ведут роскошную праздную жизнь, курсируя между гостиницами, ресторанами, яхтами и шикарными автомобилями.
Разноцветная блестящая половая плитка, стены, отделанные пластиком и камнем разных цветов, плавно перетекающих друг в друга, кожаные диваны синего цвета, между которыми стоят большие горшки оригинальной формы с пальмами. Входная зона и ресепшен отделаны в спокойном бежевом и жёлтом цвете, а ближе к эскалаторам и лифтам он постепенно сменяется на глубокий зелёный цвет справа и тёмно-бирюзовый слева. Яркие современные потолочные светильники добавляли эстетики в этот современный интерьер.
У диванов видно столики с разложенными газетами, журналами и рекламными буклетами. Из вестибюля в разные стороны расходятся коридоры, ведущие внутрь отеля и в развлекательные заведения: рестораны, ночные клубы, кафе и бары. Наверх поднимаются эскалаторы, рядом с ними обычные лестницы и лифты. Вокруг много людей, сидящих на диванах, или расхаживающих туда-сюда. Почти все одеты солидно, мужчины в костюмы, женщины в нарядные платья, многие из которых вечерние, длиной до пола и почти открытые сверху.
А ещё здесь стоит много автоматов, торгующих всем подряд, от бутербродов, конфет, шоколадных батончиков до кофе, пива в банках и сигарет. У стен стояли невиданные устройства с экранами, на которых крупные надписи Citibank и Chemical Bank. Устройства, ни больше ни меньше, из своей глубины выдавали деньги! Как это вообще может быть??? Что это???
Первой на эти странные штуки обратила внимание глазастая Соколовская, которая с большим любопытством рассматривала вестибюль гостиницы.
— Смотри, Люська! — Соколовская восхищённо пихнула Арину локтем в бок. — Там мужик сунул какую-то пластиковую хрень и вытащил из этого ящика пачку денег!
Арина внимательно рассмотрела ящики, которые привели Соколовскую в такое изумление. Бог мой… Да это же обычные банкоматы! Конечно, конструкция архаичная, намного более древняя и по форме и по размеру, чем те, к которым она привыкла.