— Триста пятьдесят фунтов.

«До смешного дешево. Толковым досье на Кальдерон нынче располагают разве что Семь Чистых Светов мира духов да род Авраамов… Впрочем, для мисс Фокусника это плевое дело — просто черкнуть письмо наставнику. Логично, что ценник не заоблачный…» — Клейн, сперва изрядно удивившись, быстро нашел этому объяснение и велел двойнику коротко кивнуть:

— По рукам.

Безмолвно созерцая этот торг, «Справедливость» Одри подметила одну крайне занятную деталь:

Мисс «Фокусник» панически, до дрожи в коленях боится господина «Мира», и этот страх уже въелся в неё на уровне рефлексов!

«Она ведь недавно пересекалась с Дуэйном Дантесом, даже не подозревая, что под маской скрывается Герман Воробей. Неужто она умудрилась раскопать нечто леденящее душу? Хм, на этой неделе мы как раз договорились пересечься с ней и Сио у Глейнта. Закину-ка я удочку, вдруг удастся выудить подробности…» — юная аристократка в глубокой задумчивости едва заметно качнула головой.

Убедившись, что господин «Мир» исчерпал свои вопросы, «Луна» Эмлин, сгорая от нетерпения, повернулся к «Солнцу»:

— Потусторонняя характеристика искусственного вампира пятой Последовательности уже у тебя?

— Я еще не скопил нужную сумму казенных заслуг, — отозвался Деррик. На сей раз в его голосе не было и капли стыда. Напротив, он искренне недоумевал, с какой стати господин «Луна» так порет горячку. Разве заслужить право на изъятие материала пятого ранга — это плевое дело пары дней?

Разочарованно отвернувшись, вампир внезапно кое о чем вспомнил и поспешно обратился к мисс «Фокуснику»:

— Нашлись зацепки касательно проклятой реликвии и остаточной духовности древнего мстительного духа. Сейчас я дожидаюсь точных координат.

— С высочайшей долей вероятности товар не принесут на блюдечке. Тебе просто сольют наводку, в каких именно окрестностях Баклунда ошивается эта бестия.

Выдержав короткую паузу, Эмлин прикинул в уме и добавил:

— Триста фунтов.

«Стало быть, мне придется самолично выслеживать и пускать в расход древнего призрака? А ведь байки гласят, что это та еще смертоносная тварь…» — первой реакцией Форс стал приступ глухой паники, а второй — шальная мысль: «А не перевесить ли этот контракт на плечи господина Мира? Уж он-то сровняет эту нечисть с землей играючи и без шума!»

Впрочем, вспомнив баснословные расценки на услуги сурового авантюриста, которые явно перекрыли бы ценность самого трофея, писательница благоразумно решила попытать счастья самой.

«Стоит лишь Сио вознестись до „Дознавателя“, и мы вдвоем без труда загоним дичь в угол… К тому же в моем арсенале имеется „Дневник путешествий Леймано“, доверху набитый полубожественными козырями вроде „Торнадо“ и „Объятий Ангела“, не говоря уже о прочих диковинных фокусах. Против врагов ниже высших эшелонов эта книга — самый настоящий божественный артефакт… Эх, боевого опыта у меня, конечно, кот наплакал, вечно даю деру. Чем не отличный шанс размять кости?» Форс молниеносно взвесила все за и против и кивнула господину «Луне»:

— Договорились.

Закрыв еще парочку мелких вопросов, торговая часть собрания подошла к своему финалу. Клейн, опередив уже готового взять слово «Повешенного», заставил «Мира» Германа Воробья обвести собравшихся ледяным взором и изречь:

— Я завершил первичное расследование и прояснил суть дела о самоубийстве Карона в Баклунде.

Глава 893

Растения, похожие на волосы

Что касается дела о самоубийстве Карона, больше всех присутствующих им заинтересовалась «Справедливость» Одри. Однако она давно подметила, что «Фокусник» Форс тоже сгорает от любопытства. Поэтому юная аристократка не стала ни о чем спрашивать, а лишь сохранила неизменную позу, терпеливо дожидаясь, пока популярная писательница возьмет слово первой.

Не прошло и пары секунд, как «Фокусник» Форс, устремив взгляд на край стола прямо перед «Миром» Германом Воробьем, тщательно подбирая слова, произнесла:

— Какова же истина?

Клейн, загодя отрепетировавший в уме нужные формулировки, без малейших колебаний заставил свою марионетку ответить:

— Кукловодом за кулисами, скорее всего, выступает королевский советник Хевен Рамбис. Вдобавок он с высочайшей долей вероятности является членом попечительского совета Алхимии Психологии.

Едва услышав первую половину фразы, Одри невольно воскресила в памяти образ добродушного старца. Этот джентльмен происходил из знатной семьи, окончил Пертский университет, славился необъятным багажом знаний и блестящим умом. Он занимал пост советника при дворе уже более десяти лет, стяжав славу общепризнанного ученого, славного малого и истинного джентльмена.

Раньше Одри подозревала, что к гибели Карона могла приложить руку корона, но ей и в страшном сне не могло привидеться, что настоящим палачом окажется этот мягкий, милосердный, добрый и остроумный Хевен Рамбис!

А когда Герман Воробей вывалил на свет его вторую личину, девушка и вовсе не смогла сдержать бьющего через край изумления:

'Хевен Рамбис — Потусторонний? Член попечительского совета Алхимии Психологии?

Стало быть, он вполне может оказаться полубогом… Мы пересекались бесчисленное множество раз, и я ни на йоту не подозревала о его связи с миром мистики. Свято верила, что он всего-навсего интеллектуал с невероятно широким кругозором…

И если расследование господина Мира бьет точно в цель, в голове попросту не укладывается, как этот славящийся своим милосердием старец мог так безжалостно растоптать чужую жизнь. Хладнокровно лишить детей отца, жену — мужа, а родителей — любимого сына… Ведь в обычной жизни он всегда казался таким утонченным и полным сострадания… Ох, политика оказалась в сто крат грязнее, чем мне чудилось. Как, впрочем, и сама королевская семья…'

«К слову, мне еще ни разу не доводилось лицезреть попечителей Алхимии Психологии и контактировать с их верхушкой. Кто бы мог подумать, что эта скрытая ложа по своей сути ничуть не лучше конченых еретиков вроде ордена Авроры или Епископата Нуминозности… Как ни крути, а наш Клуб Таро — место куда более благородное. Господин Шут то и дело рушит коварные замыслы злых богов и демонов…»

Пока мысли Одри бурлили словно кипяток, «Повешенный» Элджер своим звериным чутьем уловил в политических кулуарах Баклунда стойкий запах пороха. Моряк нутром почуял: там в тугой клубок сплелись разношерстные фракции и мириады темных тайн, превратив столицу в исполинскую пороховую бочку, готовую взлететь на воздух в любую секунду.

Аристократия, корона, Церковь Повелителя Бурь, Церковь Вечной Ночи, Церковь Пара, новоиспеченные толстосумы, балансирующие на краю пропасти обыватели и влачащие жалкое существование бедняки с самого дна… Ветер эпохальных перемен дул с такой пугающей очевидностью, а он до сих пор не мог кристально ясно этого осознать. Наивно полагался лишь на болтовню Килангоса да подсунутые им улики, слепо веря, что грядет эра, когда старые боги уйдут в тень, уступив пьедестал новым. Что маховик истории уже раскрутился на полную катушку и остановить его немыслимо… Издав беззвучный вздох, Элджер словно наяву узрел ту самую уходящую в небеса готическую башню и висящий на ней «Колокол Порядка».

А вокруг этого монументального символа уже клубились вихри, свет мерк, и казалось, будто там, кольцо за кольцом, зреет первобытная буря.

В этом оцепенении его внезапно прошибла еще одна дерзкая мысль:

«А что, если на сцену выйдут вовсе не новые божества? Вдруг из глубин немыслимой древности восстанут старые боги?..»

Он на чистых инстинктах бросил мимолетный взгляд во главу длинного бронзового стола и тут же поспешно отвел глаза, чувствуя, как в груди бушует неистовый, клокочущий шторм.

В это мгновение моряку вдруг показалось, что все его былые амбиции были до смешного ничтожны. Ведь он спал и видел себя лишь архиепископом Церкви Бури, мечтал стать святым, чтобы обрести весомый голос в этом мире и исподволь дергать за ниточки.