«К тому же, это добавит изящную прокладку, избавив от нужды связываться с Богиней напрямую. Кто знает, быть может, этот финт даже подсобит Ей быстрее подмять под себя власть „искусственного бога Смерти“…» — найдя себе идеальное оправдание, Клейн сноровисто закипел приготовлениями.
Для начала он пустил в ход обряд дарования, выудив из таинственных чертогов над серой мглой одно из двух уцелевших белых перьев, давно пылящееся без дела эфирное масло «Полной луны» и порошок ночной фиалки. Следом он виртуозно перекроил алтарь, закончив черновую подготовку. Раз уж он, по сути, собирался взывать к Богине Вечной Ночи, тратить фунты на покупку материалов из домена «Смерти» было чистой воды транжирством.
Сам ритуал ни на йоту не отличался от классической магии. Юноша привычными, отработанными движениями затеплил свечи и капнул экстракт. Набросав на пергаменте сакральные руны «человека» и «тайны», он аккуратно пристроил поверх них медный свисток Азика, позволив легкому, дурманящему аромату заполнить комнату.
Завершив этот этап, сыщик опустил то самое испачканное бледно-желтым жиром белое перо прямо в серебряную чашу, где уже вовсю чадили перетертые травы. К его вящему удовлетворению, перо осталось абсолютно невредимым — ни свернулось, ни почернело, стойко перенося жар.
Беззвучно выдохнув, Клейн отступил на шаг. Набрав в грудь воздуха, он торжественно, с расстановкой затянул на древнем гермесе:
— О, истинная суть Смерти;
— О, безраздельный Владыка всех усопших;
— О, последняя обитель каждой живой твари в этом мире.
— Молю о твоем покровительстве. Взываю к твоей мудрости: раскрой мне истинные мотивы союза Инса Зангвилла и Спиритического культа.
— …
Не успели эти слова растаять в воздухе, как пламя трех свечей внезапно, яростно взметнулось вверх. Огонь ослепительно полыхнул, но тут же налился мертвенным, призрачно-зеленым свечением. Температура в спальне рухнула в мгновение ока, обдав Клейна леденящим, пробирающим до костей могильным холодом.
Юноша, чье сердце тревожно екнуло, смежил веки и погрузился в тридцатисекундную медитацию. Взяв эмоции в узду, он шагнул к алтарю, подхватил флакончик с маслом «Полной луны» и с ювелирной точностью уронил по одной капле на каждый фитиль.
Покончив с этим, он сгреб со стола медный свисток, подцепил пальцами пергамент, поднес его к той самой свече, что символизировала его собственное «я», и, дождавшись, пока бумага вспыхнет, небрежно бросил ее в серебряную чашу.
Вшух! Доселе остававшееся абсолютно невредимым белоснежное перо внезапно полыхнуло призрачно-бледным пламенем. Огонь в мгновение ока поглотил серебряную чашу целиком, наглухо сокрыв её содержимое от взора Клейна.
Спустя жалкие пару-тройку секунд пламя бесследно угасло. На дне чаши осталась лишь горстка пепла.
Этот пепел, словно повинуясь незримой воле, внезапно пришел в движение. Вопреки полному отсутствию сквозняка, крупицы заскользили по металлу, выстраиваясь в ровные, отчетливые слова:
«Одержим злым духом. Нуждается в изгнании».
Глава 932
Излишняя скромность
«…Богиня и впрямь даровала отклик…» Едва узрев те самые слова, вытканные из горстки пепла, Клейн первым делом среагировал вовсе не на их суть. Юношу до глубины души потряс сам железобетонный факт: эта, казалось бы, абсолютно абсурдная затея увенчалась безоговорочным триумфом!
И пусть сыщик загодя морально подготовился к такому исходу, ничуть не сомневаясь в высоких шансах на успех, его всё равно захлестнул целый водоворот самых противоречивых эмоций. Потребовалось несколько долгих, тягучих десятков секунд, прежде чем он сумел вынырнуть из этого оцепенения.
Спустя некоторое время Клейн медленно, с шумом выдохнул. Вскинув правую руку, он привычным жестом очертил на груди четыре точки по часовой стрелке:
— Хвала Богине!
Сноровисто свернув ритуал, юноша титаническим усилием воли заставил себя переключить внимание на само «божественное откровение»:
'Одержим злым духом, нуждается в изгнании?
Инс Зангвилл — и вдруг одержим злым духом? Этот ублюдок прошагал по Пути «Смерти» с девятой Последовательности до самой пятой, а на критическом, поворотном рубеже обретения божественности перепрыгнул на четвертую ступень стези «Ночи», заделавшись «Ночным стражем»! Этот ранг славится своей феноменальной, беспощадной властью над любыми призрачными сущностями. Это мстительные духи и полтергейсты должны в ужасе шарахаться от него, так с какой стати он сам пал жертвой одержимости мертвецом?
Разве что этот самый злой дух принадлежит к поистине заоблачным эшелонам, либо его изначальная природа таит в себе немыслимую, исключительную специфику.
Какая досада, что на своем веку мне доводилось пересекаться лишь с одним подлинным, эталонным злым духом — тем самым древним монстром, что томился под печатями в подземных руинах Алистера Тюдора. Мой багаж знаний об этих бестиях до смешного скуп, и вычленить нужные, критические детали пока не по зубам. Хм, чуть погодя черкну весточку мисс Шарон, а заодно закину удочку через малыша «Солнце». Как-никак, та самая старейшина-«Пастырь» Ловия из Города Серебра как раз «выпасает» подобного злого духа…
Немудрено, что Инс Зангвилл так отчаянно ищет встреч с полубогами Спиритического культа. Когда дело пахнет изгнанием злых духов, если вынести за скобки Церковь Богини Вечной Ночи да Церковь Вечного Пылающего Солнца, Спиритический культ — следующие в списке непревзойденных экспертов. Эх, пожалуй, в этот ряд стоит втиснуть еще и Церковь Бога Войны — родственные Пути неизменно обладают схожим оккультным арсеналом.
Вырисовывается и еще одна любопытная деталь: Инс Зангвилл до смерти боится, что о его одержимости пронюхают подельники из королевской фракции вкупе с Сектой Демонессы. Иначе какого дьявола он лично потащился на Южный континент⁈ Обе эти монументальные силы пустили корни еще до начала Пятой Эпохи, их наследие поистине необъятно. В их закромах почти стопроцентно завалялась парочка-тройка запечатанных артефактов, способных очистить плоть от скверны и выжечь духа. Да даже окажись их арсенал пуст, навести мосты со Спиритическим культом через тех же Ведьм было бы на порядок безопаснее и незаметнее, чем самому тащиться в такую даль…'
Пока эти мысли вихрем неслись в голове, Клейн расправил на столе чистый лист почтовой бумаги и размашисто вывел:
'Твои агентурные сводки позволили мне в одночасье сплести воедино все разрозненные зацепки. А благодаря милостивому вмешательству одной великой сущности, всё это вылилось в железобетонный вердикт:
Инс Зангвилл одержим злым духом и отчаянно ищет спасения у Спиритического культа.
Опираясь лишь на этот голый факт, мы уже можем выстроить целый ряд весьма ценных умозаключений:
Инс Зангвилл неминуемо начнет демонстрировать вопиющую рассинхронизацию между словами и поступками. Временами он будет напрочь слетать с катушек, вытворяя то, на что, казалось бы, никогда не решился, и допуская абсолютно абсурдные, неподдающиеся логике промахи. До тех пор, пока эта заноза не будет выжжена, его связь со Спиритическим культом не оборвется, а лишь наберет обороты и станет пугающе частой…
Взяв эти выводы за основу для слежки, мы вполне можем сесть Инсу Зангвиллу на хвост. Однако я вынужден констатировать: наглухо запеленговать его координаты нам по-прежнему не по зубам. Та паутина случайностей, что виртуозно ткет запечатанный артефакт нулевого класса, остается практически непреодолимой преградой'.
Выведя эти строки, Клейн невольно воскресил в памяти то самое их прямое столкновение с Инсом Зангвиллом:
Тогда его собственное расследование даже близко не било по самому беглецу, однако грозило с треском сорвать покровы с их грандиозного заговора. Учуяв угрозу, Инс Зангвилл ударил первым: обрушил с небес метеорит, намереваясь стереть Шерлока Мориарти в порошок и оборвать все ниточки. Но сам сыщик, чудом заручившись подмогой мистера Азика, сумел вырваться из этого смертоносного капкана. В итоге Инсу Зангвиллу волей-неволей пришлось покинуть спасительную тень кулис, выйти на сцену и подставить себя под слепящий свет софитов.