Лишь дождавшись, пока Сио скроется в ванной, писательница торопливо пустила в ход таланты «Астролога». Обратившись к собственной духовности, она мысленно наложила образ Льюиса Вина на портрет мистера Икс. Откровение ударило безошибочно: это один и тот же человек!

— Так и знала! — Форс рывком подскочила с дивана, принявшись нервно мерить шагами гостиную. Её переполняла дикая смесь из жгучего предвкушения и бьющего через край восторга.

Первым, инстинктивным порывом было немедленно состряпать донос и разослать его по всем великим Церквям, не забыв жирно подчеркнуть, что мишень владеет талантами «Мироходца». Однако в следующее мгновение девушка вспомнила: она ведь уже закинула удочку и попыталась нанять господина «Мира» для устранения этого ублюдка.

«Как бы там ни было, сначала нужно почтительно осведомиться у господина Мира, есть ли у него время и не отпало ли желание браться за этот заказ. Переходить дорогу такому монстру категорически нельзя». Едва в памяти всплыла пугающая вереница кровавых подвигов сурового авантюриста, как Форс пробрал леденящий, неконтролируемый озноб.

Приняв окончательное решение, она первым делом навострила уши, удостоверившись, что Сио всё еще плещется в горячей воде и в ближайшее время носа из ванной не высунет. После чего девушка благоговейно сложила руки и вознесла молитву господину «Шуту»:

— … Молю, передайте господину «Миру»: оракул Ордена Авроры, Льюис Вин, наконец-то показался на свет. С высочайшей долей вероятности он — «Мироходец», скрывающийся под позывным «мистер Икс».

Глава 764

Первичная проверка

Услышав многократно наслаивающийся друг на друга, иллюзорный хор молитв, Клейн как раз ехал в четырехколесной карете, возвращаясь из собора Святого Самуила на улицу Бёклунд.

«Женский голос… и, судя по всему, дело терпит…» — юноша сумел сделать лишь самый поверхностный вывод, не имея возможности сию же секунду воспарить над серой мглой и даровать божественный отклик.

Бросив беглый взгляд на газовые фонари за окном, что отважно разгоняли ночной мрак, Клейн отвернулся. Подхватив изящную чашечку из белого фарфора с золотой каймой, он сделал крошечный глоток.

Сидящий сбоку Ричардсон, улучив этот момент, собрался с духом и произнес:

— Сэр, я всё обдумал. Вы были абсолютно правы: каждый профессионал когда-то начинал с самых низов, не имея за душой ни капли опыта. Примите мою глубочайшую признательность за то, что даровали мне этот шанс доказать свою полезность.

Удостоверившись, что Годопс вкупе со всей его сворой благополучно отправились на тот свет, камердинер наконец-то сбросил с себя липкие путы страха и всерьез задумался о собственной карьере.

Менять нанимателей как перчатки за столь короткий срок — вопиющее, несмываемое пятно на репутации любого слуги. Ричардсон кристально ясно осознавал: стоит ему сейчас подать в отставку из дома Дуэйна Дантеса, и место личного камердинера в приличном обществе ему больше не светит.

И подобный крах стал бы для него поистине фатальным ударом.

Дело крылось отнюдь не только в звонкой монете, хотя жалованье личного камердинера стартовало от весьма солидных двадцати пяти фунтов в год — суммы, недосягаемой для рядовой челяди и сопоставимой разве что с доходами личных горничных. Куда важнее было то, что именно камердинеры и старшие горничные являлись первыми кандидатами на должность мажордома!

Денно и нощно находясь при лордах и леди, разруливая их щекотливые дела, выступая верными поверенными и незаменимыми помощниками, они шаг за шагом оттачивали деловую хватку. Перенимая искусство управления домом и превращаясь в доверенных лиц, они могли при первом же удачном раскладе легко перепрыгнуть в кресло управляющего поместьем, помощника дворецкого или заместителя мажордома, чтобы в итоге взойти на самую вершину служебной лестницы.

Спору нет, Ричардсон всем сердцем жаждал тихой и безмятежной жизни, но это совершенно не означало готовности до седых волос прозябать в лакеях. Парень отчаянно рвался вверх, мечтая собственным потом и кровью выбить себе солидный оклад и высокое положение в обществе, а должность мажордома в богатом доме была его заветной, путеводной звездой.

— Отрадно, что вы осознали это до того, как стало слишком поздно, — с мягкой улыбкой отозвался Клейн, давая добро на продолжение службы.

Вернувшись в особняк номер сто шестьдесят по улице Бёклунд, хозяин первым делом поручил экономке Танее распорядиться на кухне насчет легкого ужина к половине двенадцатого. После чего поднялся на третий этаж, скинул верхнюю одежду и проследовал в ванную комнату.

К этому моменту заботливые горничные уже успели наполнить ванну горячей, идеальной температуры водой, управившись ровно за пять минут до его прихода.

Не торопясь погружаться в воду, Клейн воспарил в таинственные чертоги над серой мглой, намереваясь прояснить, кто же так отчаянно взывал к нему по дороге.

«Мистер Икс… „Мироходец“… А мисс „Фокусник“ работает с пугающей эффективностью… Незаметно для всех эта девушка изрядно выросла и заматерела…» — беззвучно пробормотал себе под нос владыка.

Тщательно всё взвесив, он силой мысли соткал марионетку «Мира», Германа Воробья, и заставил двойника вознести мольбу сквозь пелену клубящегося тумана:

— … Мне нужны точное время, координаты и исчерпывающее досье. Лишь при таком раскладе я смогу нанести удар.

Замысел Клейна был донельзя прагматичен: таланты «Мироходца», бесспорно, чертовски заманчивы, вот только Дуэйн Дантес не мог позволить себе надолго испариться с улицы Бёклунд или безвылазно запереться в спальне. Подкинь мисс «Фокусник» железобетонные, выверенные разведданные — и молниеносная ликвидация прошла бы без сучка без задоринки. А вот если бы «Миру» пришлось лично прочесывать подполье и по крупицам собирать слухи, миссия бы неминуемо забуксовала, поставив под удар куда более насущные, жизненно важные планы.

Вскоре от «Фокусника» Форс прилетел лаконичный отклик:

— … Я раздобуду их в кратчайшие сроки.

Поскольку место и время грядущей сходки мистера Икс так и оставались покрыты мраком тайны, девушке оставалось лишь стиснуть зубы и запастись терпением.

Покончив с этим делом, Клейн низвергся обратно в реальность. Скинув остатки одежды, он с наслаждением погрузился в ванну.

Едва теплые воды сомкнулись вокруг тела, юноша блаженно прищурился. Ему казалось, будто ласковое тепло дюйм за дюймом вымывает из его плоти и разума всю накопившуюся свинцовую усталость.

За минувшие дни он успел несколько раз наведаться в собор Святого Самуила, внимая проповедям епископа Электры и вникая в «Откровение Ночи». Заодно его цепкий взор выхватил и намертво впечатал в память приметы еще двоих Внутренних Стражей. Увы, поскольку лица пока не повторялись, нащупать график их дежурств по-прежнему не представлялось возможным.

Впрочем, подобное усердие таило в себе и нешуточный риск. Распахнув глаза и уставившись на клубящийся под потолком пар, Клейн беззвучно вздохнул:

«Первичная проверка не за горами…»

Любая темная лошадка, взявшая за правило частенько околачиваться во внутренних покоях собора Святого Самуила, почти стопроцентно попадала под пристальный прицел Ночных Ястребов. А уж учитывая, что его собственная легенда зияла белыми пятнами, визит казенных инквизиторов становился неизбежен, как восход солнца.

Закрой Ястребы на это глаза, подобная халатность обернулась бы для них вопиющим, позорным провалом… Клейн медленно, протяжно выдохнул.

…………

Тем временем в глубоких подземельях собора Святого Самуила Леонард Митчелл неспешно покинул погруженную в звенящее, могильное безмолвие комнату.

Его изумрудные глаза сейчас казались подернутыми непроницаемо-черной, колдовской пеленой. В их бездонной глубине зарождались и тут же бесследно лопались мириады иллюзорных пузырьков и зыбкой ряби.

— А ты хорош. Взлетел до «Усмирителя душ» с такой прытью, что того и гляди на пятки мне наступишь, — стоящая в коридоре Дейли Симон поздравила коллегу с изящной смесью иронии и легкой самонасмешки.